Книга PS: Проиграй мне, страница 18 – Кира Сорока

— Ладно-ладно, не показывай колючки. У меня у самого такой же ёжик растёт, если ты помнишь.

— Как, кстати, Юлька поживает? – смягчаюсь я.

— Нормально. Вроде и учится неплохо. На следующий год ей поступать, как и тебе.

Я бы с ним и дольше поболтала, только вот Руслан уже направляется в нашу сторону. Успеваю лишь шепнуть дяде Паше то, что сказала вчера и бабушке:

— Никакого отношения к фамилии Юсупова я не имею.

В нашей семье это что-то вроде негласного правила: тот, кто хочет быть обычным человеком, не пользуется фамилией отца. Артём, например, отказался от неё совсем. По сути, он действительно не Юсупов – мама вышла за отца, когда у неё уже был маленький Артём, ещё младенец. Но отец никогда не считал его чужим. А вот Тёмка папу не особо жаловал. И когда появилась возможность, сразу ушёл из дома и поменял фамилию.

Я могу не пользоваться своей лишь иногда.

Дядя Паша с пониманием кивает.

— Ну так что? Красить будем? – с улыбкой произносит подошедший к нам Руслан.

— Нет, – нехотя бросаю я. – Мест нет, запись на месяц вперёд.

Дядя Паша в подтверждение лишь разводит руками.

— И почему я не удивлён? – хмыкает Гуреев. – Это же самое лучшее место для покраски авто, – немного подхалимничает, протягивая руку дядя Паше.

Тот её пожимает и с улыбкой отвечает:

— Что есть, то есть.

— Ладно, поехали, Виктория, – говорит Руслан, нарочно подчёркивая моё имя. – Не будем мешать людям работать.

— Может, хоть посчитаете нас? – вновь с мольбой смотрю на дядю Пашу.

— Обсчитать-то не проблема. Но вот покрасить не получится, – вновь разводит руками.

По его доброму лицу я вижу, что он хочет мне помочь. А также вижу, что колеблется. И вряд ли пойдёт наперекор моему отцу.

— Ну я выезжаю тогда? – говорит Руслан и возвращается к машине.

А мне ничего не остаётся, как смириться с проигрышем… Прощаюсь с дядей Пашей. И уже поворачиваюсь, чтобы уйти, когда он окликает меня:

— Вика! У меня появилась одна идея!

Я поспешно возвращаюсь к нему.

— Могу выделить тебе место – старый бокс, в котором я работал когда-то давно. Сейчас он пустует. Ты бы могла сама покрасить машину. Это не сложнее, чем рисовать граффити на стенах… Ну почти. У тебя деньги хоть маленько есть?

Отрицательно качаю головой, но внутри уже ликую от этого предложения.

— Вот, возьми, – пошарив в кармане, дядя Паша суёт мне несколько купюр. – Цвет… Сейчас скажу номер. И у меня есть старый краскопульт, тоже могу дать.

— Правда? – я не верю своим ушам.

— Правда, конечно. Только не испорть всё ещё больше. Идём.

Мы проходим через бокс, попадаем в какой-то цех с рабочими, а потом заходим на склад. Дядя Паша вручает мне что-то белое в прозрачной упаковке. А потом и краскопульт в пакет кладёт. Туда же – несколько пар перчаток. Здесь на столе стоит ноутбук, и мужчина что-то быстро печатает на нём. Потом записывает на бумажке какие-то номера.

— Вот смотри, – подзывает меня поближе. – В двух магазинах в городе есть эта краска в наличии. Могу сам заказать, но тогда нужно будет ждать до вечера. Или сама можешь купить.

— Сама! – тут же выпаливаю я.

Дядя Паша ухмыляется.

— Самостоятельная… Вся в отца.

Мне бы с ним поспорить, что я совсем не в отца. Да и вообще, не надо меня всё время сравнивать с ним… Но уж больно хорошо я отношусь к дяде Паше, чтобы ему дерзить.