Книга Я с тобой играл, страница 84 – Кира Сорока

Я резко вскакиваю на ноги. Мэр с какой-то опаской переступает порог. Бросив взгляд на сумку, подходит ближе. Он нервно засовывает руки в карманы брюк и выглядит взволнованным и усталым одновременно.

— Мамы здесь нет… – почему-то я говорю шёпотом.

— Я не к ней, – Георгий Юрьевич окидывает меня взглядом от макушки до пяток. – Мне с тобой надо поговорить, Эллина.

Эля

— Я узнал, что мой сын вчера попал в переделку, – говорит мужчина, пристально глядя на меня.

Он как удав. Его взгляд просто парализует меня. У меня нет никакой возможности даже подумать о том, чтобы солгать.

— Да, – тихо признаюсь я.

— Можешь рассказать мне, что случилось?

Георгий Юрьевич присаживается на край кровати и, постучав по матрасу, приглашает меня сесть рядом.

Ну или приказывает.

Скорее всего, второе, потому что у меня не возникает и мысли, чтобы ослушаться.

Опустившись рядом с ним, тяжело вздыхаю и никак не решаюсь начать говорить.

— Я слушаю тебя, Эллина, – подгоняет меня мэр вроде бы спокойным тоном. Однако в его взгляде бушует буря.

Мне сложно смотреть ему в глаза. Сложно и даже страшно. Опустив голову, смотрю на свои руки, сцепленные в замок.

— Здесь был мой отец. Вчера. Поздним вечером…

Я даже не могу сказать ему, что это было почти ночью.

— Говоря «здесь», ты имеешь в виду..?

— Недалеко от Вашего дома. Там, в конце улицы, – машу я рукой в никуда.

— И чего он хотел?

— Забрать меня. И маму.

— А ты? Ты хотела поехать?

Я тут же мотаю головой.

— Нет. Мой отец не тот человек, с которым можно и нужно проводить время.

— То есть он хотел увезти тебя силой, так? – уточняет мужчина.

Киваю.

— И он сделал бы это, не окажись Демьян рядом. Ваш сын спас меня.

На этот раз я смотрю на мэра с благодарностью. Ведь это он воспитал Демьяна таким. Позволил сыну ненавидеть себя, скрывая смерть жены. Но всё равно смог воспитать его правильно.

— Хорошо, и что было дальше? – вновь подгоняет меня Георгий Юрьевич.

— Демьян и мой отец подрались. Точнее, Ваш сын хорошенько побил моего отца. Но потом отвлёкся, и отец ударил его по голове.

Я зажмуриваюсь, вспоминая всё это. Это было очень страшно. А если бы с Демьяном случилось что-то посерьёзнее, чем рана на затылке? Если бы отец ударил его посильнее?..

— По голове… – кивает мэр задумчиво. – А дальше что?

— Мой отец ударил его ещё раз, и я закричала, что Демьян – сын мэра. Я не знала, что мне делать, и попыталась припугнуть отца.

— У тебя получилось? – спрашивает Георгий Юрьевич.

Он выглядит довольно бесстрастно. Словно мы с ним просмотренный фильм обсуждаем, а не то, что произошло с его собственным сыном.

— Да, у меня получилось! Мой отец трус! Он тут же сел в машину и уехал. Правда, я не уверена, что он не вернётся. Мы с мамой бегаем от него уже очень давно.

— Стоп! – Георгий Юрьевич останавливает меня взмахом руки. – А теперь послушай ты меня, – его тон становится властным. – Мой сын получил серьёзную травму вчера вечером. И, судя по всему, вы с ним – два таких взрослых и самостоятельных человека – даже не собирались обращаться в больницу.

— Простите…

Покраснев от стыда до кончиков ушей, пытаюсь покаяться и извиниться, но мэр меня перебивает:

— Подожди, Эллина. Сейчас уже поздно о чём либо сожалеть. Да, мой сын защитил девушку – это похвально. Но он получил серьёзную травму, которая может пошатнуть его здоровье. И даже может поставить под сомнение возможность заниматься боксом. Во всяком случае, совершенно точно отсрочит эту возможность.