Книга Я с тобой играл, страница 44 – Кира Сорока

Я чувствую, как мои щёки обдаёт жаром, но всё-таки оставляю узел в покое. Некоторое время перевариваю его слова о том, что он на грани. Но так и не понимаю, на грани чего. А спросить прямо не решаюсь.

Между нами повисает напряжённое молчание. Мы оба смотрим перед собой, наши плечи соприкасаются…

— Давай поговорим о чём-то более серьёзном? – предлагает Демьян, нарушая наконец молчание.

— Например? – бросаю робкий взгляд на него.

— Давай так… – он задумчиво смотрит в небо и постукивает по губам указательным пальцем. – Ты задашь мне один серьёзный вопрос, и я отвечу честно. Потом я задам тебе один вопрос, на который ты тоже должна будешь ответить честно.

— Это интересно, – одобрительно киваю я. – Давай попробуем.

Демьян ухмыляется.

— Задавай. Ты первая!

И я тут же выпаливаю:

— Где ваша с Русланом мама?

Возможно, это некорректно – так вот в лоб спрашивать у малознакомых людей об их родителях. Но этот вопрос мучает меня последние несколько дней. Так что… Мне бы хотелось знать на него ответ.

— Это просто, – Демьян как-то уныло пожимает плечами. – Отец с мамой развёлся примерно семь лет назад. Она уехала. Сейчас живёт где-то в Праге, вроде бы замуж вышла.

— А как же вы? – тут же спрашиваю с некоторым даже возмущением.

— Мы? – переспрашивает Демьян и тут же отвечает: – А мы, по словам отца, ей были не нужны. Но я подозреваю, что он хорошо заплатил ей, чтобы она отказалась от нас официально. Как раз примерно в то же время Снежана пришла работать к нему секретаршей. Короче, параллель провести несложно.

Ужас! Это просто ужасная история! И мне жаль этих мальчишек, потому что они лишились матери из-за любовницы отца, которой он, вероятно, сильно увлёкся тогда.

— Мне жаль, – выдавливаю тихо. – А ты хотел бы навестить свою маму?

— Да, наверное, – неуверенно отвечает Демьян, взъерошивая волосы на макушке. – Только она этого не хочет.

— С чего ты взял? Она сама так сказала?

— Не мне, – качает головой парень. – По условиям соглашения, которое они с отцом заключили, ни я, ни Руслан не имели права даже созваниваться с ней до наступления нашего совершеннолетия. И вот Русу исполнилось восемнадцать, и он первым делом позвонил маме в то утро… Он не вдавался в детали этого разговора, но довольно чётко сказал, что она не пригласила его в гости. И с тех пор мы с ним больше о ней не разговаривали. А я засомневался, захочу ли позвонить ей, когда и мне исполнится восемнадцать.

— И когда это будет, кстати? – решаю немного сменить тему, потому что мне становится больно за ребят.

— Мой день рождения в ноябре, – отвечает Демьян.

Я расплываюсь в улыбке.

— Какого числа?

Парень смотрит на меня недоверчиво:

— А что? Только не говори, что у тебя тоже в ноябре.

— Да, тоже… Вот хочу понять, кто из нас старше.

— Да без разницы, кто старше, – отмахивается Демьян. – Это всего лишь цифры. По сравнению со мной ты всё равно шмакодявка.

— Я? Шмакодявка? – фыркнув, изображаю обиду.

Внезапно Демьян вскакивает с лавочки и, дёрнув меня за руку, вынуждает тоже подняться. Разворачивает к себе лицом и встаёт так близко, что я носом задеваю его подбородок. Хочу сделать шаг назад, но отчего-то остаюсь на месте, хотя Демьян не удерживает меня.

Вскинув голову, смотрю ему в лицо и сразу натыкаюсь взглядом на губы, растянутые в ухмылке. И потемневший взгляд. Сейчас его глаза кажутся тёмно-синими.