Книга Запрети тебя любить, страница 38 – Кира Сорока

И между этих двух огней – я. Просто я...

Девчонка, которая запуталась. Которая просто хотела любить парня. А у этого парня оказалось слишком много причин не любить её.

Так пусть он тогда меня отпустит! Зачем весь этот фарс? Зачем притворяться, что ревнует!

Дело ведь в мести, да?! Остап действует по указке матери?

Фу... Это мерзко. Ужасно. И неправильно.

И сейчас я не хочу с ним ехать. Я его видеть-то не хочу!

После того, как прощаюсь с братьями, Оскар ведёт меня к выходу, а Остап плетётся за нами следом. Я чувствую холодный серый взгляд на своей спине, и мне хочется обернуться. Взгляд Остапа буквально жжётся.

Мы приближаемся к джипу Оскара. Я сажусь вперёд, а Остап прямо за мной. Оскар устраивается за рулём и заводит мотор.

— Вы не против? – протягивает руку к магнитоле и нажимает на какие-то кнопки. – Сейчас вам свои треки включу.

— Валяй, – отзывается Остап, и я почти уверена, что в его тоне сквозит издёвка.

Салон затапливает музыка. Что-то электронное, но с вкраплениями рока. Агрессивное немного. И пробирающее до костей в хорошем смысле. Через пару минут, набравшись храбрости, сама протягиваю руку к магнитоле и прибавляю громкость. Демонстрирую два больших пальца вверх, когда Оскар смотрит на меня. Мы друг другу улыбаемся, после чего он вновь сосредотачивается на дороге.

Вообще-то, он всё сделал правильно. Лучше слушать громкую музыку, чем спорить или пререкаться.

Зажигательная музыка стучит в висках и вибрирует на коже. Я даже начинаю немного ёрзать в кресле, потому что тело хочет танцевать под этот трек. А танцевать я всё же не умею...

К дому Аверина мы подъезжаем спустя пять композиций. Оскар убавляет звук до минимума и глушит мотор. Смотрит на циферблат часов на приборной панели.

— Смотри-ка, Варь. Мы вернулись даже раньше, и у нас ещё пара минут в запасе, – потом поворачивается к Остапу. – Увидимся, друг!

Это очень жирный намёк на то, чтобы Войнов покинул салон. А тот явно никуда не собирается.

— Ты зачем звук убавил? – усмехнувшись, лениво растягивает слова. – Я бы остался и послушал. Музыка у тебя реально крутая.

— Да, как и я сам! – скалится Оскар.

Очевидно, что он начинает злиться, потому что Остап не уходит. Раздражённо барабанит пальцами по оплётке руля, а потом вновь смотрит на Войнова и говорит прямо:

— Тап, тебе пора! Мы с Варей ещё парой словечек перебросимся.

— Не-е, не угадал, не пора, – вновь с ленцой отзывается Остап. – Я выйду из машины только с ней. Переживаю, понимаешь? Типа сводным братом скоро ей буду. Вот, уже вживаюсь в образ.

У меня буквально падает челюсть. Потом случается истерика, и с губ срывается неконтролируемый смех.

— Переживаешь? – разворачиваюсь всем телом и смотрю на Войнова.

— Ну да, – тот невозмутимо пожимает плечами.

И правда решил жизнь мне испортить, чёрт возьми!

— Не переживай, не стоит. Мы пока друг другу никто. Так что, иди уже!

— Не злись, снежинка, – с фальшивой нежностью проговаривает Остап. – Мне скучно и нечего делать. Да и папаня мой попросил за тобой присмотреть.

— Ты врёшь! – выпаливаю.

— А ты ему позвони, – спокойно отзывается Остап и подаётся вперёд. – Хотя лучше из дома позвонишь, а то время уже вышло. Давай, пошли.

Я смотрю на часы и понимаю, что за перепалкой с Остапом наше время с Оскаром закончилось. Кровь в венах закипает с новой силой. Почему всё должно быть так, как хочет Остап? Мне хочется сопротивляться или немедленно сделать что-нибудь такое, чтобы ему насолить.