Книга Прятки. Я иду искать, страница 41 – Кира Сорока

— Месяц… – бубнит подруга себе под нос, когда после обеда мы идём в туалет. – Почему именно месяц? Что ему от меня нужно вообще?

— Не знаю, – я пожимаю плечами. – Может, ты ему нравишься? – бросаю в шутку.

В зеркале над умывальниками ловлю ошеломлённый взгляд подруги.

— Нравлюсь? – она поворачивается ко мне. – Да этим людям вообще никто не нравится, Ась! У них любовь одна-единственная – к самим себе. Всё! Точка! – она изображает рвотный рефлекс. – Боже… Больше не говори мне такой глупости.

С этими словами она заходит в кабинку. Но я успеваю уловить выражение её лица – оно озадаченное.

Возможно, она, и правда, нравится Артёму. Возможно, он в неё даже влюблён. И в такой вот извращённой манере выражает свой интерес к девушке. Но ему с ней ничего не светит – Дашка его ненавидит.

Ну или я ошибаюсь, и никто из нашей элиты действительно не способен любить кого-то, кроме самого себя. Даже в паре Ники и Тимура не всё гладко, раз она флиртует с Кириллом.

Вспоминаю первый учебный день и то, как Кир заигрывал с Гордеевой. На душе вмиг становится паршиво. Но я обещала себе, что больше не буду думать про своего когда-то друга…

Покинув туалет, мы идём на следующий урок.

Весь день Марат продолжает опекать меня – с этим я смирилась. Он постоянно берёт меня за руку и носит мой рюкзак. А когда хочет сказать что-то лично мне, то всегда понижает голос до шёпота… Наше общение сегодня пропитано какими-то новыми волнительными нотками.

При этом Дашка заговорщицки улыбается. А Ян с Полиной смотрят на нас понимающими взглядами.

Только вот я, кажется, не понимаю, что это значит.

Просветление приходит на уроке физкультуры…

— Это какой круг? Вроде бы третий, да? – спрашивает Даша.

Она даже не запыхалась. Её длинные ноги буквально созданы для бега.

— Да, третий.

Чтоб его… Я за подругой едва поспеваю, моё дыхание сбилось ещё на первом.

— Ещё один, Ась, – Даша скашивает на меня глаза. – Ты как? Можем снизить темп, если хочешь.

Хочу. Но не признаюсь в этом.

— Всё нормально…

Во время бега почти все разбиваются по парочкам. Парни должны пробежать на один круг больше, поэтому они ускоряются с самого начала. По этой причине Марат бежит не с нами.

— Эй, рабыня! – к нам на хвост садится Артём. – Рабыня! Эй, Рязанова, я к тебе обращаюсь!

Даша даже не ведёт плечом, делая вид, что ничего не слышит. Артём догоняет её и дёргает за хвост.

— Да отвали ты от меня! – Даша начинает махать руками, пытаясь его ударить.

Соболев ржёт, ловко уворачиваясь от её кулаков, и пробегает мимо.

Их отношения напоминают стычки пятиклашек. Ну там… Мальчику нравится девочка, и он не может придумать ничего лучше, чем дёрнуть её за волосы.

Издевательства надо мной всегда выглядели иначе. Во-первых, зачастую инициатором была Ника, а не кто-то из братьев. И это именно она всегда дёргала меня за волосы. В девятом классе даже срезала кончик хвоста на уроке труда. И с издёвкой заявила, что сделает куклу Вуду, а потом будет тыкать в неё иголки. Я проплакала весь вечер, пока Кирилл не пришёл в нашу комнату с той прядью волос, которую она срезала.

«Если хочешь, я ей скальп сниму! – заявил он тогда. – Всё, что хочешь, сделаю, только перестань плакать!»

Я, и правда, тут же перестала рыдать. Кирилл рассмешил меня своим безбашенным бесстрашием.