Книга Зажигая пламя, страница 51 – Кира Сорока

— Ладно… – выдыхает она неуверенно. – Я не обещаю, конечно, но попробую.

Так не пойдет.

Вновь подсаживаюсь ближе, но больше не трогаю.

— Это для меня очень важно…

Она подскакивает с места.

— Я поняла! И сделаю все, что в моих силах! – выпаливает мышка и тут же выставляет требование: – Но если я попадусь, то сразу тебя сдам и скажу, что это ты все придумал. Сам будешь разбираться со своим отцом.

— Справедливо, – соглашаюсь я. – Но ты не попадешься. Обещаю.

— И почему я тебе не верю?

Вздохнув, она отворачивается и просто смотрит вдаль.

За поляной начинается темный лес. На этой поляне, освещенной луной, ни души, кроме нас. И тихо. Чертовски тихо. Не слышно ни ветра, ни шороха травы, ни звуков птиц и зверей.

Медленно встаю с бревна, подхожу к девчонке сзади. Алина теребит рукава кофты, завязанной на талии. Кажется, слишком сильно затянула узел и никак не может справиться с ним.

— Давай помогу.

Разворачиваю ее за плечи и, несмотря на сопротивление девушки, берусь за узел. Провозившись с полминуты, понимаю, что узел затянут слишком сильно. Опускаюсь на корточки и берусь за него зубами. Алина вздрагивает.

— Нет… Не надо… – Она интуитивно делает шаг назад.

— Я же просто помогаю.

Хватаю девушку за бедра, возвращаю обратно. Подняв взгляд на ее лицо, вновь берусь за узел. Тяну ткань зубами.

Мы смотрим друг другу в глаза… Это так неожиданно интимно. Мои руки на ее бедрах, этот ее испуганный взгляд, немного разомкнутые на полувдохе губки… Ослабевший узел легко распутываю пальцами и поднимаюсь. Алина подхватывает кофту. Настороженно глядя на меня, сначала засовывает руки в рукава, потом ныряет в толстовку головой. Когда ее лицо показывается из во́рота, я ловлю девушку за затылок и припечатываю ее губы к своим.

Мои веки невольно закрываются, и я чувствую, как электрический разряд буквально прошивает все тело.

Черт… Черт!

От поцелуя, заставшего врасплох, я цепенею, глохну и слепну. На секунду. Эта чертова секунда позволяет Егору углубить поцелуй и вызвать неконтролируемые мурашки в моем теле.

Нет!

Наконец прихожу в себя. Уворачиваюсь от его наглого рта и сразу вмазываю пощечину. Потом вторую. Да такую сильную, что ладонь начинает гореть.

В этот раз поцелуй меня не напугал, а разозлил. Я сжимаю пальцы в кулак и вновь замахиваюсь. Гроз ловит меня за запястье, притягивает к себе.

— Это лишнее, мышь. Еще костяшки себе переломаешь. Все, остынь. Я понял, что ты не этого хотела. Просто подумал…

Меня затапливает возмущением, и я рычу в ответ:

— Никогда об этом даже не думай! И не делай так больше! У меня парень есть, а ты мне совсем не интересен!

Егор сжимает челюсти, и взгляд его свирепеет. Помолчав с минуту, он цедит сквозь зубы:

— Я понял. Больше не буду. Извини.

Почти уверена, что Егор капитулирует сейчас только потому, что я ему нужна. Будь мы в других обстоятельствах, он бы вряд ли простил мне пощечины. Вряд ли извинился бы.

Чувствуя эту небольшую, но все же власть над ним, я неожиданно кайфую. Хочется как-то воспользоваться этой ситуацией в своих интересах. Раз уж я могу.

Выдернув руку из его пальцев, делаю шаг назад.

— Удали компромат на Юлиану, – говорю требовательно.

— Да щас! – фыркает он.

— Тогда я совсем не уверена, что справлюсь, – картинно вздыхаю я. – У меня плохая память на цифры… Вдруг забуду пароль?