Книга Зажигая пламя, страница 146 – Кира Сорока

Он смотрит на меня не моргая. Таким взглядом… Таким, словно наконец-то отпускает меня. И молчит. Ссутулившись, запустив руки в карманы спортивных штанов, тяжело дыша… Воспользовавшись его молчанием, я разворачиваюсь и ухожу.

К черту проект. Сама как-нибудь сделаю. За нас обоих.

Добравшись до своего дома, звоню в домофон. К счастью, мне сразу же открывают. И подъездную дверь, и квартиру.

В прихожей обнаруживается гора сумок и чемоданов. С кухни доносятся голоса отца и Юлианы. Они ругаются. Судя по тому, что я слышу, Юлиана вернулась домой…

Какой-то сумасшедший дом!

Рано утром я без стука захожу в комнату сестры.

— Почему ты вернулась на самом деле?

Юлиана вздрагивает и быстро прикрывает ладонью щеку.

— Можешь не стараться, твой синяк я разглядела еще вчера. Никакой слой косметики его не скроет.

— А отец заметил, как думаешь?

Она подрывается к своему туалетному столику, плюхается на стул и начинает намазывать на лицо корректор. Моя сестра выглядит чертовски плохо. Что-то среднее между побитой собакой и пьющей моделью.

Я жду от нее объяснений.

— Как я и сказала, у нас с Захаром появилось некоторое недопонимание. Вдали друг от друга мы оба остынем, и все наладится, – говорит Юлиана твердо.

Она сама-то в это верит?

Скептично смотрю на гору сумок и чемоданов возле шкафа. Юлиана их не разбирала.

Нанеся толстый слой тональника на лицо и шею, сестра разворачивается ко мне, крутанувшись в кресле.

— Перестань на меня так смотреть! – Ее голос дрожит.

— Как?

— С жалостью! У меня все прекрасно! В конце концов, у меня есть моя карьера. И мне очень хорошо платят. Если Захар не одумается, я проживу и без него. Долго стеснять вас с отцом не буду. Через пару дней сниму квартиру.

Она вновь отворачивается и принимается красить ресницы. А я по-прежнему стою посреди комнаты и смотрю на нее. Действительно с жалостью. Ведь я вижу ее боль. И эта боль настолько сильна, что становится не по себе. Сажусь на край кровати.

— За что он тебя ударил?

Юлиана фыркает.

— Он меня не бил. Я… Я просто упала.

— За что?!

— Отстань, Алина. – Теперь сестра раздражена. – Тебя это все не касается. Захар мой муж, и я не желаю ему зла. Он хороший человек!

— Серьезно? – теперь фыркаю я. – Хороший человек не допустил бы того, что происходит с его сыном.

— Давай так. – Юлиана швыряет тушь на столик и снова поворачивается ко мне. – Мы с тобой как-никак сестры, и у нас есть много других тем для разговоров. Давай договоримся: ты не говоришь со мной о моем муже, а я не лезу к тебе с его сыном. Может, поговорим об отце, м? Как думаешь, наш папенька умом не тронулся?

Теперь я задыхаюсь от злости.

— Наш папенька приютил тебя, забыла? – яростно шиплю я.

— Я могу уйти. Просто хотела с семьей пожить. И это, – сестра обводит взглядом пространство вокруг, – все еще моя комната. Даже мебель моя, я за нее заплатила. Даже чертову кровать, на которой ты спишь, купила тоже я! И заметь, не на деньги Захара.

Отлично! Теперь она мебелью меня попрекает. Дожили…

— Отец играет с огнем, – говорит она, понизив голос. – Скажи ему, чтобы отдал то, что нужно Захару. И тогда все закончится.

— Ты поэтому здесь? Чтобы запугивать нас?

— Нет, – отвечает Юлиана и вновь берется за косметику.

Пересиливая себя, подхожу к сестре и сжимаю ее плечо.