Книга Между нами пламя, страница 94 – Кира Сорока

Захар Андреевич вопросительно смотрит на него.

— О какой стычке идёт речь?

В его взгляде замешательство, мужчина явно не в курсе вчерашнего происшествия. Значит, он здесь не из-за Егора, а из-за меня... Ведь этот визит вряд ли не имеет скрытых причин. Юлиана впервые у нас в сопровождении мужа.

Боже... Мне дурно.

— Твой сын спровоцировал драку с членами моей команды, – говорит папа. – Но именно мои ребята попали в участок. И если бы твой сын написал заявление, у них были бы проблемы в дальнейшем. При поступлении в ВУЗ, например. И на спортивных отборах. Ну ты и сам в курсе, прокурор.

— Так он не написал заявление? – уточняет Захар Андреевич. – Тогда не вижу смысла об этом говорить. Так случается, что парни их возраста иногда дерутся. Может, девочку не поделили, – красноречиво смотрит на меня.

Опускаю голову, потупив глаза. Папа вновь что-то бубнит. Одновременно с ним Юлиана начинает громко нахваливать еду. В этот момент в кармане моих шортов вибрирует телефон. Незаметно достаю его и, держа под столом, читаю сообщение от Гроза.

Он здесь. Возле моего подъезда. Хочет, чтобы я его впустила.

Ни минуты не раздумывая, отправляю ему номер квартиры и сразу встаю. Звенит домофон.

— Кто это? – удивлённо спрашивает папа.

Молча иду в прихожую и жму на кнопку, впуская Егора в подъезд.

— Алина?!

Отец явно раздражён моим игнором.

— Сейчас, – отзываюсь я, открывая дверь квартиры.

На лестнице слышатся шаги, и через мгновение Гроз появляется на площадке. Невольно пробегаю по нему взглядом. Чёрные брюки и рубашка. Две верхние пуговицы расстёгнуты, обнажая крепкую шею и татуировку в виде черепа. Волосы пребывают в нарочитой небрежности, как обычно. На лице – синяк и ссадины, которые его почему-то не портят. Егор выглядит так, словно сошёл с глянцевой обложки модного журнала.

— Привет, кареглазка, – он подходит ко мне вплотную. – Впустишь меня? Или просто убежим отсюда и побудем вдвоём?

Странно, но в голове сразу вспыхивает: «Сбежать – отличная идея». Но я быстро вытряхиваю эту мысль и отступаю в сторону.

— Проходи.

Егор не двигается с места, изучая меня нечитаемым взглядом. Внезапно обхватывает моё лицо ладонями, и его губы двигаются буквально в сантиметре от моего рта:

— Сегодня я тоже тебя поцелую, мышка. Раз уж выдалась такая возможность.

— Хватит! – шепчу я, не узнавая собственный голос.

— Ты же не хочешь, чтобы я прекращал. Тебе нравится то, что между нами происходит. Но тебе так стыдно перед своим пареньком, что ты уговариваешь себя не думать обо мне слишком часто.

— Ты слишком самоуверен, Егор.

— Я знаю.

Он поглаживает мои скулы большими пальцами. Задевает уголки губ. У меня кружится голова от нежности его рук... С трудом делаю шаг назад, и Егор отпускает моё лицо. Но его потяжелевший взгляд всё ещё удерживает меня. Я продолжаю чувствовать его руки на своём лице. Мне дурно от происходящего...

— Ладно, пошли, – произносит он осипшим голосом. – Рядом со мной отец тебя не тронет.

Гроз заходит в квартиру. Посмотрев на обувничку, на которой стоят туфли Юлианы и ботинки Захара Андреевича, начинает разуваться. Я выдаю ему тапки – надевает. А когда направляемся к кухне, словно невзначай проводит ладонью по моему бедру.

Мне кажется, что это невидимое пламя, о котором говорил как-то Егор, сейчас чувствую и я. И оно сожжёт нас к чёрту, если мы не остановимся.