Книга Между нами пламя, страница 85 – Кира Сорока

Схватка один на один очень быстро превращается в жёсткое избиение одного целой толпой. И когда Егор падает, а кто-то размахивается ногой, чтобы ударить его по голове, я в одно мгновение оказываюсь рядом и падаю на Егора сверху. Просто закрываю собой от всех этих ударов.

— Хватит! Перестаньте! – кричу я, не узнавая собственного голоса.

И в этот момент он тонет в звуке полицейских сирен.

Гроз

Глубоко в груди начинает вибрировать неконтролируемый смех. Может, я такой же псих, как моя мать? Может, рано или поздно тоже попаду в дурку? Нормальные люди не смеются в такой ситуации.

Судя по ощущениям, рожа опухла. Костяшки на руках сбиты. В голове лёгкий сотряс, потому что когда я упал, шмякнулся затылком о стол. А ещё рёбра болят, потому что Алина рухнула на меня резко и неожиданно.

И теперь я прижимаю её к себе и глухо смеюсь, зарывшись носом в её макушку.

Всё было разыграно, как по нотам. Алина повела себя именно так, как и должна была. Она выбрала меня. И всегда будет выбирать, так или иначе.

В глазах футболиста шок. Его друзья в безмолвном ахере. Но когда в кафе врываются менты и ОМОН, ступор парней сменяется руганью и матом.

Алина пытается высвободиться из моих рук, но я крепко держу её за талию. Она кричит ментам, что парни не виноваты, что их нельзя забирать. Но служивым насрать на девчонку. Футболистов выводят из кафе. Лишь тогда я отпускаю её.

Девушка тут же пытается выбежать на улицу, но оставшиеся два мента останавливают её, чтобы она дала показания как свидетель. А меня осматривает подъехавшая скорая. По всем законам жанра я – пострадавшая сторона.

Потом берут показания и у меня.

Через полчаса нас отпускают. И когда Алина наконец выбегает на улицу, я мчусь за ней. Схватив за плечи, силой усаживаю в свою машину.

— А теперь мы поговорим! – рычу угрожающе, крутанув ключ в замке. – Ты моя на несколько часов. Смирись!

— Хорошо, мы поговорим, – цедит она сквозь зубы. – Но ни о каких часах не может быть и речи. Я должна поехать в участок и быть там со своим парнем. Понятно?

Зажмуриваюсь на секунду, чтобы не заорать.

Не выходит.

И я ору.

— Я ЗАКРОЮ ТВОЕГО ПАРНЯ, ПОНЯЛА?! ЕСЛИ ПРЯМО СЕЙЧАС НЕ ПЕРЕСТАНЕШЬ ГОВОРИТЬ О НЁМ, Я, МАТЬ ТВОЮ, ЕГО ЗАКРОЮ!

Давлю на газ. Хрен его знает, куда еду. Просто хочу убраться отсюда.

Алина молчит, сжавшись в кресле. Взглянув на неё, вижу, как дрожат её губы. Мышка выглядит напуганной, чертовски напуганной.

Она боится меня?

Бл*ть... Да я сам себя немного боюсь. Особенно сейчас, когда адреналин ещё не отпустил после драки. И потому, что я не видел Алину долбаных семь дней. Мне как воздуха её не хватало!

Пи*дец!! Ну почему она?!

Может быть, так же, как и моя мать, я обречён помешаться на ком-то? Может, это диагноз? Какая-то наследственная херня?

Разговор с самим собой делает всё только хуже. Я торможу на обочине. Даю себе несколько секунд отдышаться и относительно вменяемым голосом спрашиваю:

— Что ты написала в своих показаниях? Что я ударил первым?

Она молчит. Вбуравливаю свои глаза в её лицо.

— Что?!

— Что же ты не спросил у полиции? – не удерживается она от язвительного тона. – Зачем ты вообще всё это устроил? Почему преследуешь меня?

— А разве это не очевидно?

— Ну да... флешка, – грустно усмехается она. – И тебе плевать, кто и как пострадает, пока ты не получишь желаемое.