Книга Между нами пламя, страница 110 – Кира Сорока

Я отвечаю, не задумываясь:

— Матери.

А внутренний голос кричит: «Алины! Алины, Алины...» О том, что она сообщила моему отцу о флешке, я подумаю потом.

— Я не знаю, где она, – разводит отец руками.

Но я уверен, что он лжёт.

— Это всё бесполезно, папа... Мы в вечном тупике. Ты не даёшь того, что мне нужно – я продолжаю тебя топить.

— Используя невинную девчонку? – усмехается отец. – Ты представляешь, что я могу с ней сделать?

Напрягаюсь. Отец откидывается на спинку кресла и говорит с ленцой в голосе:

— У меня был Столяров. Хочет оформить судебный запрет. Чтобы ты не приближался к его младшей дочери. И я не стану его останавливать, если что.

Моё сердце долбит так, что вот-вот сломает рёбра.

— Чего хотел Столяров? – задаю вопрос враз онемевшими губами.

— Это очевидно... Чтобы тебя и меня не было в их жизни. Ту флешку он мне не отдал. Чтобы держать нас подальше от Алины. С этой минуты ты пленник, Егор. Из этого дома без моего разрешения ты не выйдешь.

— Ты уверен? – я откровенно ржу. – Ты стрелять, что ли, по мне будешь? Или, может, наручники используешь? Ведь это единственные способы остановить мои перемещения. Если не готов – то это пустой разговор. Я выйду, когда мне будет нужно.

А пока, пожалуй, останусь. Мне нужно присмотреть за отцом.

Чёрт!.. Алина, что же ты натворила? Он ведь не оставит тебя в покое!

Алина

Через кухонное окно с высоты девятого этажа я наблюдаю за тем, как внизу останавливается такси. Задняя дверь открывается и выходит папа. Достав сумку из багажника, идёт к подъезду.

Наконец-то отец здесь... В трёхстах километрах от родного города. Здесь скоро начнётся очередной тренировочный сбор его футбольной команды. А потом – небольшой местный чемпионат, в котором команда примет участие.

Ребята приедут чуть позже, на автобусе. А я здесь уже несколько дней. И вот папа тоже приехал. Футболисты будут жить в отеле, а мы с отцом живём в квартире, которую федерация выделила ему, как заслуженному тренеру. До спорткомплекса отсюда рукой подать. Из окон квартиры на девятом этаже можно даже увидеть угол здания и часть футбольного поля.

Иду открывать отцу. Он заходит, опускает свою сумку на пол, обнимает меня. Чмокаю его в щёку, и мы обмениваемся дежурными фразами.

О самом главном я спрашивать боюсь. Хотя мне очень хочется знать, как прошла его встреча с Захаром Андреевичем...

Правильно ли мы поступаем? Меня всё ещё грызут сомнения. Я отнюдь не уверена в том, что нужно было втягивать во всё это отца. И боюсь, что его желание немедленно встретиться с зятем лишь всё усугубило.

— Ты голодный? Поешь? – спрашиваю я, когда проходим с отцом на кухню. – У меня тут супчик куриный.

— Давай.

Папа моет руки, садится за стол. Я ставлю перед ним тарелку, кладу хлеб. Он молча ест, явно пребывая где-то в своих мыслях. Наливаю ему чай, и пока папа уминает печенье, запивая его ароматным чаем, я вопросительно смотрю на него. Меня распирает от нетерпения.

Почему он до сих пор молчит?

— Пап, как всё прошло? – не выдерживаю я.

— Ты о чём?

— О твоей встрече с ...

— Забудь об этом, Алина, – прерывает меня отец. – Ты просто ребёнок, которого втянули в какую-то чушь. Забудь, я сказал! Теперь это не твоё дело, поняла?

У меня буквально падает челюсть от удивления. Что?? Как это – забудь?