Книга (не) Предал тебя, страница 76 – Кира Сорока

— Не в замужних!

Он морщится, но ничего не отвечает. Делает глоток чая.

— Ты так и не сказал, в чём твоя проблема, – напоминает брат.

— В дочери твоей Татьяны. Она ненавидит тебя. Считает, что ты разрушил их семью. Она отца любит, понимаешь?

Его лицо застывает.

— Это ожидаемо.

И это последнее, что ББ говорит. Он встаёт, подходит к раковине, выливает остатки чая, моет чашку и выходит из кухни.

Вот и всё.

Мой брат влюблён в мать Евы. Что я могу сделать против любви? Ничего! Я со своей-то любовью не в состоянии разобраться.

Короче, я в полной заднице.

* * *

— Эй, пацан! Перекур закончился! – орёт старший смены.

Убираю телефон в карман. Каждую свободную минуту переписываюсь с Евой. Уговариваю встретиться сегодня, но пока без шансов. Похоже, мать запрягла её до самого вечера.

Но меня это чертовски не устраивает!

Где-то глубоко внутри какое-то смутное ощущение, что нашего с Евой времени осталось не так уж много, и я боюсь чего-то не успеть. Мне хочется её увидеть. Прямо сейчас!

— Не курю, – роняю я, возвращаясь на склад.

— Вот и правильно, – летит мне в спину. – Ещё третью секцию надо укомплектовать, и на сегодня всё.

Наконец-то...

Однако работа занимает ещё два часа. А потом я получаю оплату – два косаря и совершенно вымотанный выхожу из гипермаркета.

Начальник смены предложил меня прийти ещё и в следующую субботу. Я согласился. Денег взять больше неоткуда.

В замызганных джинсах и такой же куртке шагаю вдоль шоссе в сторону дома. В наушниках – музыка, а в сердце – смятение.

Ева, Ева, Ева... Как же мне разрулить это всё?

В паузе между треками отчётливо слышу громкий звук клаксона и перевожу взгляд на дорогу. Там красный мустанг. Торможу. Заглядываю в салон. Макс сегодня один.

— Ты едешь или нет? – спрашивает он, открыв окно.

— Мне домой, – киваю на многоэтажки впереди.

— Так садись! – бросает раздражённо.

— Окей.

Открыв дверь, забираюсь в машину. Макс брезгливо морщится.

— В чём это ты, блин?

— Пот, пыль и вонь пластика, – перечисляю, усмехнувшись. – На работе был.

— Кхм... Где?

— О да, это же новое для тебя слово! Ты загугли, изучи.

Откровенно насмехаюсь над ним. Хотя должно быть наоборот.

— Работа?! Нахрена?! – Макс не скрывает своего потрясения. – Тебе бабок надо? Чё не сказал?!

— Всё, проехали, – указываю рукой вперёд. – Едь давай. Здесь стоять нельзя.

Макс газует и мчит к нашему кварталу. Влетает во двор, чуть не окатив какого-то мужика из лужи. Неодобрительно качаю головой.

— Знаешь, Филь, похоже, это тот случай, когда и тачку купили, и права.

— Не смешно.

— Я не смеюсь.

Мы долго сверлим друг друга недовольными взглядами.

— Короче, иди смой с себя это дерьмо. Потом спускайся, – говорит он, махнув рукой на мой подъезд.

— Спускаться зачем? – остаюсь на месте.

— Поедем к Даньчику. Там наши. Суббота же.

Многозначительно дёргает бровями.

Ну да... Грохочущая музыка, разгорячённый молодняк, танцы с обнажёнкой, секс... Не хочу!

— Сегодня я пас.

Макс качает головой.

— Не советую пропускать. Тебе нужно держаться поближе к Грозному. Перестанешь быть его другом – и Ева может пострадать.

Кулаки сжимаются.

— А ну повтори!!

Макс поднимает ладони, изображая капитуляцию.

— Я тут ни при чём. Ты мой друг, это не обсуждается. Именно как друг я советую тебе держаться поближе к своей стае. Грозный – вожак! Не забывай об этом.