Книга (не) Предал тебя, страница 108 – Кира Сорока

Свою девочку с веснушками замечаю уже на лестнице. В два прыжка нагоняю и хватаю за руку. Она выкручивается, отскакивает.

— Иди, Юль! – бросает подружке, которая, кажется, собиралась влезть.

Юля уходит не сразу. А когда всё-таки оставляет нас наедине, Ева делает ещё один шаг назад и холодно произносит:

— Нам не о чем больше говорить!

— Ева...

Делаю шаг к ней – она отступает.

— Пожалуйста, прости меня... Ну как я мог тебе в этом признаться?! – беспомощно взмахиваю руками, злясь на себя.

— У тебя было для этого очень много времени, Дамир, – произносит она с ледяным спокойствием.

Это чертовски пугает. Лучше бы кричала.

— Ты бы сразу меня послала.

— А тебе нужно было, чтобы не сразу?

Пожимает плечами. Во взгляде – ужасающее безразличие.

— Всё равно это случилось в итоге. Отстань от меня, Дамир.

Это не моя Ева... Моя Ева не может быть такой холодной.

Она разворачивается, чтобы уйти. Хватаю за локоть, тяну обратно.

— Хватит! – рявкает Ева.

Выдёргивает локоть, выставляет руки перед собой в защитном жесте. Её губы начинают дрожать. В глазах появляются слёзы.

— Я не знаю тебя! – срываясь на эмоции, толкает меня в грудь ладонями. – Кто ты? Кто ты такой? Обычный парень, который случайно попал в нашу школу? Или брат того человека, который разрушил брак моих родителей? Или парень, который со своими друзьями-отморозками хотел спалить мой дом? Кто ты, а?

Меня пробивает её эмоциями и начинает трясти.

— Я просто парень, который тебя любит, – подхожу к ней снова, обхватываю за плечи. Стискиваю. – А тот Дамир... Это не я. Он в прошлом.

Втыкаюсь носом в её волосы на макушке. Тяжело дыша, просто крепко держу её, не позволяя отстраниться. Стук собственного сердца оглушает, больно бьёт по вискам.

— Прости... Прости меня, Ева! Дай мне последний шанс! Дай нам шанс! Обещаю, между нами больше никаких тайн не будет!

Расслабляется. Не пытается вырваться. Но и не отвечает ничего. Оглушающая трель звонка заставляет меня ослабить хватку. Ева поднимает взгляд к моему лицу. На её лице вновь ни одной эмоции. Всё внутри меня обрывается.

— Ты тоже прости меня, Дамир. Но «нас» нет. И никогда не было. Пусть так и остаётся.

Отстраняется и уходит. А я смотрю ей вслед и буквально задыхаюсь. Бью кулаком по солнечному сплетению, судорожно глотаю воздух. В голове звучит набатом: «Нас не будет... Нас не будет!»

Бо́льшей потери я никогда не переживал.

Мимо меня проходит девочка, кажется, первоклассница. Останавливается. И смотрит так, словно перед ней побитая собака.

Я просто жалок, чёрт возьми...

— Что ты ей сделал? – спрашивает девочка, бросив взгляд вслед Еве.

— Обманул.

— Сильно?

— Да.

— Когда папа дарит маме цветы, ей кажется, что он её обманывает.

— Хм...

— Цветы, кстати, не помогают, – продолжает девчонка. – Подари ей что-то получше, чем веник.

Да уж...

— Как скажешь.

Вздёрнув подбородок, она уходит в класс.

Цветы тут точно не помогут. Нужен поступок.

Признаюсь во всём её брату... Если тот меня сразу не убьёт, то заставлю его быть моим союзником. В обмен на помощь по урегулированию конфликта с Грозным.

От Евы я не откажусь ни за что на свете. У меня даже нормально дышать без неё не получается.

* * *

Первое, что слышу, заходя в класс – это недовольный возглас Сэвена:

— А почему ВПР сейчас? В сентябре, блин!