Книга # И всё пошло прахом, страница 92 – Кира Сорока

Шарю по карманам в поисках цепочки. Бля… Её там нет.

Вот совсем недавно была, а теперь пропала!

Обернувшись, растерянно смотрю на Макса. Он вопросительно приподнимает брови.

— Я махр потерял, — говорю одними губами.

Кузен ударяет себя по лбу.

— Пипец...

А чё тут ещё скажешь?

Разворачиваюсь обратно к Лейле, быстро касаюсь её губ своими. Она цепляется за мою кисть, встаёт на носочки и пытается продлить поцелуй. Целую в ответ. С отчаянием и напором. Пошло. Жадно. Желая вызвать у неё отторжение.

Но его нет.

Когда поцелуй заканчивается, Лейла вполне невинно улыбается. Правда, в её глазах этой невинности нет от слова «совсем». Покрепче взяв её руку, вывожу девушку из номера под громкие поздравления родни.

На лифте мы едем вдвоём. Молча.

Потому что посторонним, по сути, людям и говорить-то не о чем.

Выходим из отеля, забираемся в лимузин. Братья Лейлы как раз садятся в припаркованный рядом БМВ. Камал — за руль, Данис — на пассажирское. Остальная родня пакуется в автобус. Макс поедет с ними, он этого сам захотел. Сказал, что там полно потенциальных невест.

— Ты в порядке? — спрашивает Лейла, когда лимузин трогается.

Мы сидим с ней каждый у своей двери. Между нами полтора метра.

— Я потерял подарок для тебя. Где-то в отеле.

— Жаль. Может, найдётся? А что там было?

— Цепочка с кулоном.

— Но ты же купишь мне другую, да? — уточняет она.

Киваю. Этот театр абсурда обретает всё новые и новые грани...

Основной выкуп за невесту мой отец отдал отцу Лейлы. Суммы я не знаю. Кажется, там что-то запредельное. Словно моя будущая жена — такой эксклюзив, какой нигде больше не сыскать.

Мой же отец купил нам квартиру, в которую мы заедем после трёх дней свадебных гуляний.

А теперь вот невеста требует новый махр.

Прибываем к ЗАГСу. Тут ещё больше родни. Все в национальных костюмах. Родственники и случайные прохожие снимают наш лимузин на телефоны.

Первым выхожу из авто и открываю дверь для Лейлы. Подаю ей руку.

Нас облепляет родня. Все что-то кричат, радостно поздравляют, хотя нас даже ещё не расписали. Всё расплывается перед глазами, лица сливаются в одно размытое пятно. Ничего не вижу, не разбираю слов...

Теперь я, наверное, знаю, что такое паническая атака. Мои руки трясутся, пульс клокочет в горле, бухает в ушах. Хочется упасть на колени и стиснуть руками голову. А потом вскочить и убраться отсюда к чертям собачьим.

Но я не могу. Обещал отцу. Да и люди эти здесь ради нас собрались.

Мне чертовски не хватает моих друзей. Но они будут присутствовать лишь на последнем дне гуляний. Так решил отец.

Друзья — не главное в жизни. Важна лишь семья. Примерно так он сказал.

Прибывает автобус с подружками невесты, Максом и матерью Лейлы. БМВ её братьев уже не помещается на парковке у ЗАГСа. Они оставляют тачку у дороги.

Подружки уводят невесту в дом бракосочетания типа попудрить ей носик. До церемонии всего десять минут.

Наши с Лейлой отцы стоят в стороне и о чём-то эмоционально спорят.

— Первый ребёнок и будет наследником, — отрезает Азимов. — Если это будет сын, конечно.

— Договор был другой, — сатанеет мой отец. — Наследник — Рамиль, и уж потом — его дети.

— Рамиль пренебрёг традициями! Я меняю контракт. И не забывай про Камала с Данисом, они тоже претендуют на наследство наряду с детьми Рамиля и Лейлы.