Книга Пепел после тебя, страница 64 – Кира Сорока

— Ты можешь помочь мне избавиться от этой привязанности, Таня, — тихо продолжаю я. — Расскажи мне всё, что скрывает Алина. И я быстро о ней забуду.

На лице девушки появляется задумчивость. Она мягко отстраняется.

— Я ничего такого не знаю. С Халидовым она просто общается. Ещё у неё есть друг. Рома, кажется.

Рома... Ромчик — так было написано в том уведомлении на телефоне мышки. Возможно, тот смазливый тип с ней на фотке и есть Ромчик.

Он ей пишет. Они работают вместе. И у них есть интимные фотки. Ну какой он друг, бл*ть?!

Совсем не вписывается сюда тема с фотошопом. Здравый смысл подсказывает мне, что здесь что-то совсем другое.

— А её работа? — продолжаю я. — Она снималась обнажённой?

Продолжая играть с локонами Тани, смотрю ей в глаза.

— На той фотке, которую выставил в чат Боярский, она была в купальнике. И со своим партнёром по съёмкам. С тем самым Ромой. Но Боярский его убрал и... кхм... раздел Алину. Это мерзко!

— Согласен.

Шестерёнки в моей голове начинают вращаться ещё сильнее.

— То есть ты видела оригинал?

— Видела. Алина мне показывала.

Ммм... Вот оно что! Фотосессия, в которой Алина снималась в купальнике!

Я — мудак!

Или нет... Потому что всё ещё существует фотка, на которой они с тем Ромчиком прижимаются друг к другу. Мысленно я окрестил эту фотку «за секунду до».

За секунду до поцелуя... За секунду до моего падения в пропасть, моей агонии...

Случился ли этот поцелуй?

Я и хочу, и не хочу знать!

— А как фотки попали к Боярскому?

Этот мудак так и не раскололся до конца.

Таня пожимает плечами и отводит взгляд. Потом непринуждённо говорит:

— Может, с официального сайта этого бренда?

Так... Надо поискать.

— И мы снова говорим про Алину... — с лёгкой укоризной добавляет девушка.

— Окей, давай закроем тему, — неохотно соглашаюсь с ней. — Поговорим о Купидоне. Зачем он тебе?

— Это сложно.

— Понимаю. Но всё же.

— Нас связывает очень многое.

Даже так?

— Он говорил, что любит меня, — кусая губы, добавляет Таня. — А потом отказался от своих слов.

Я устал от этой девчонки и от той чуши, которую она несёт. Хочется схватить её за плечи, больно встряхнуть и вывалить на неё всё, что рассказал мне Купидонов. Прижать эту девку к стене! Но я сдерживаюсь, скрипя зубами.

— Он поступил как мудак, раз забрал свои признания обратно, — выдаю я.

— Да. Да, он... — Таня опускает глаза, её плечи вздрагивают. — Он облил меня грязью и вернулся к Милане. И они начали надо мной издеваться.

— У него на тебя что-то есть? — спрашиваю я.

Таня косится на меня. Её взгляд становится подозрительным.

— С чего ты взял, что у него на меня что-то есть?

— Просто предположение, — пожимаю плечами.

Убрав руку от её волос, переплетаю наши пальцы. Девчонка расслабляется и молчит, разглядывая наши руки. Когда она всё-таки отвечает на вопрос, пазл у меня в голове наконец-то складывается.

— Мы просто развлекались, дурачились... Макс сфоткал нас в постели... А потом сказал, что покажет фотки моей матери, если я не перестану бегать за ним. Моя мать нездорова, ей нельзя такое видеть.

То есть... Таня действительно задолжала Купидонову.

Но в пазле по-прежнему имеется прореха. Алина, Ромчик и их «за секунду до». Что же между ними было, мать вашу?

Сняв Таню со своих колен, подзываю официантку и прошу счёт. Расплачиваюсь, надеваю куртку. Таня вскакивает и тоже быстро собирается. Молча выходим на улицу.