Книга Пепел после тебя, страница 44 – Кира Сорока

— Ты объяснишь мне, что всё это значит?

— Что именно?

— Боярский... Он сказал, что вы с Купидоновым играли на меня.

— Так и есть.

— Что?!

Мой взгляд взлетает к его лицу. Сейчас оно чертовски самодовольное.

— Какая-то очередная пакость для меня, да? Развлекаешься вместе с одноклассниками? — слова ядом льются из меня.

Егор запрокидывает голову, и по салону разносится его смех.

— Не смешно! — шлёпаю его по плечу.

Не знаю, зачем его трогаю. Идиотка!..

Гроз быстро ловит мою руку и переплетает наши пальцы. И чем усиленнее я борюсь с ним, тем больнее он сжимает. В конце концов сдаюсь... С Грозом невозможно бороться. И победить его у меня не выходит.

Мы довольно долго сидим неподвижно и молча, потом он начинает говорить.

— Считай, что я выиграл для тебя неприкосновенность. Теперь никакой Купидонов к тебе не приблизится.

— Вот как? То есть ты играл для меня? — теперь я брызжу сарказмом.

Ничего Егор не станет делать для меня!

— Конечно, нет! — фыркает он. — Я это сделал для себя. Ты только моя, мышка. Не хочу отвлекаться от тебя на всяких мудаков, которые не прочь с тобой замутить.

У меня просто слов нет... Рот открывается, но из него не вылетает ни звука. Я захлопываю его и сжимаю губы.

— Или хочешь сказать, что хотела бы внимания Купидонова? — резко спрашивает Гроз.

— Хочу сказать тебе спасибо, но не буду.

Он снова смеётся. В его глазах сверкают озорные искры. Отпускает мою руку и указывает на бардачок.

— Твой телефон там. Можешь забрать.

Быстро открываю бардачок и хватаю смартфон. Экран загорается, и я вижу, что телефон в блоке.

— Завтра сможешь разблокировать. На сегодня все попытки исчерпаны, — будничным тоном сообщает парень.

— Ты пытался влезть в мой телефон?! — возмущённо выпаливаю я.

— Конечно, — пожимает он плечами. — Я мог бы заморочиться и взломать его, но решил, что пока оставлю всё, как есть. Кто такой Ромчик, кстати?

И каким бы расслабленным ни старался выглядеть Егор, я замечаю, как желваки играют на его скулах и как яростно подрагивают ноздри.

— Друг, — отвечаю я.

Челюсти Гроза сжимаются.

— Просто друг?

— Да.

— И я могу тебе верить?

Подаётся ко мне и, внезапно стянув шапку, обхватывает моё лицо ладонями.

— Скажи, что я могу тебе доверять, кареглазка!

Его глаза наполняются болью и мольбой.

Меня вообще не должно это волновать, мы вроде как враждуем. Но... Я не вижу смысла врать.

— Рома просто мой друг, — повторяю я.

— Хорошо, — шепчет Егор напротив моих губ. — Очень хорошо!

От перемен его настроения у меня голова кругом. А ещё головокружение вызвано этой близостью...

Мои лёгкие заполняются ароматом его тела, его дыхания. Перед внутренним взором вспыхивают картинки воспоминаний... Наши поцелуи... Мой страх... Наше противостояние...

Я не могу в себе разобраться. Хочется сбежать. И одновременно хочется остаться.

Очень-очень медленно Егор отпускает моё лицо, надевает на меня шапку и отстраняется. Заводит мотор.

— Не будем торопиться, — бормочет он, сдавая назад.

Киваю. Хотя понятия не имею, о чём он.

Мы выбираемся на шоссе. В полном молчании под грохот музыки быстро добираемся до моего дома.

— До завтра, Алина, — говорит Егор, нажав на кнопку, открывающую все замки.

— Завтра воскресенье, — замечаю я, потянувшись за коньками на заднее сиденье.