Книга Пепел после тебя, страница 112 – Кира Сорока

— Я хотел спросить, не собираешься ли ты нас посетить. Ребята все соскучились. Может, рванёшь на выходные домой? Закатим вечеринку. У Севена как раз днюха.

— Нет, не получится.

— Так категорично? Я ведь не подкатываю к тебе. Просто дружба, помнишь?

И звучит это так двусмысленно, словно мы о чём-то с Тимом договорились.

Егор выхватывает телефон из моих рук. Выключает громкую и прямо в обуви идёт в спальню.

— Привет, футболист!.. — рявкает он.

Шарахает дверью. Я не слышу, что он говорит дальше, потому что в ушах у меня грохочет пульс.

Привалившись к входной двери спиной, сползаю на пол. Мне трудно дышать. Душно.

Я не понимаю, когда настанет наше "жили долго и счастливо". Мы такие разные. Он такой вспыльчивый, недоверчивый. А я — скрытная, да. Потому что боюсь сделать что-то не так.

Мне нужна помощь. С кем-то поговорить.

Сейчас мне особо остро не хватает мамы. Возможно она объяснила бы мне, как справляться со взрывными мужчинами. Что можно им говорить, а что нет. Научила бы меня женским хитростям. Она сто процентов это умела. Ведь она вышла за моего отца, а он совсем не подарок.

Через минуту или десять Егор возвращается, отдаёт мне телефон.

— Пойдём, провожу тебя, — тянет за руки, поднимает.

Распахивает дверь, выходит на площадку. А у меня ноги не идут. Не могу понять настрой Егора. У нас всё плохо опять, да?

Да сколько можно?

Едем в лифте. Егор поступает совсем нелогично, крепко сжав мою руку. А когда выходим из подъезда, обнимает меня и нежно, но очень коротко целует. Оторвавшись от губ, шепчет:

— Он тебя больше не побеспокоит.

— Алина! — к нам подходит отец. Его ноздри вздрагивают от недовольства. — Я уже десять минут тут торчу.

А я вот жалею, что сообщила отцу адрес Егора.

— До завтра, — смотрю на Гроза.

— Ага.

Но он не отпускает мою руку. Притягивает к себе и прямо при отце глубоко целует, забираясь языком мне в рот. А отстранившись, с вызовом смотрит на папу.

— Доброй ночи, — цедит, не разжимая зубов.

И заходит обратно в свой подъезд.

Алина

Замерев перед зеркалом, рассматриваю себя. Надо сказать, платье бесподобное, и я в нём выгляжу на пару лет старше. Голубое, мерцающее, с бретельками в виде серебряных цепочек. Декольте неглубокое, а вот спина открыта почти до талии. Никогда я не надевала ничего подобного!

Без бюстгальтера чувствую себя очень уязвимой, но лифчик под это платье не предполагается. Честно говоря, мне кажется, что моя грудь слишком подробно вырисовывается под тонкой струящейся тканью. Хочется скрестить руки, обнять себя за плечи, прикрыться...

— Алина! — стук в дверь и голос отца. — Ты как там?

— Скоро! Не входи, я не одета.

— Мы с бабушкой готовы.

— Хорошо.

Шаги удаляются. Меня охватывает нервная дрожь. С трудом наношу макияж. Роберт сказал, что мне могут сделать его профессионалы, если я приеду в его агентство за час до банкета. И предложил поехать на этот банкет вместе с ним. Но я не могу, ведь мы идём в театр.

Старательно наношу корректор, тональный крем. На верхние веки — мерцающие тени. Тонкие стрелки, тушь на ресницы. Немного персикового блеска на губы. Волосы поднимаю и закалываю невидимками, оставив одну прядку у лица. Надеваю сапожки до колен, хотя сюда бы больше подошли туфли. Но зима же...

Взяв небольшую сумочку с цепочкой вместо ремешка — подарок Юлианы — вновь встаю перед зеркалом. Меня потряхивает ещё сильнее. Такое ощущение, словно я оказалась в чужой шкуре. В чужой жизни. Словно в отражении не я, а кто-то другой.