Книга Нелюбимая. Второй не стану, страница 14 – Ванесса Рай

Вздрагиваю, как от пощёчины.

— Думаешь, я дура? Думаешь, я не поняла, что Соня — не дочь твоего погибшего друга! Её тебе твоя любовница родила! Я даже знаю, как её зовут… Полина. Полина Крылова… Я читала вашу переписку! Я всё знала! Но боялась сказать… Ты же меня бы выгнал на улицу без гроша.

Звучит жалко… Терпеть всё только потому, что тебя могут выгнать на улицу без денег.

Отец ошеломлённо замер. Бросив на него взгляд, замечаю, что он ещё сильнее побледнел.

— Заткнись! — прохрипел он. — Заткни свой рот!

— А я всё уже знаю, папа, — спокойно роняю я. — Мне уже всё равно… Она мне никто… Самое главное, что ты мой родной папа, а остальное неважно… Что ты дальше будешь с ней делать?

В эту минуту папа не смотрел на лживую жену. Он смотрел только на меня… Я его единственная точка опоры. Потом его взгляд неотвратимо, как лезвие гильотины, переместился на мою мачеху.

— Я так понимаю, твой киллер собрался меня на охоте грохнуть? Он уже ждёт меня, да? — жёсткий голос отца угрожающе звучит в этой некогда уютной комнате.

— Я ничего тебе не скажу, — упрямо трясёт она головой.

— Скажешь… У тебя выбора нет. Давай его контакты. Немедленно, — требует отец.

— Нет, — на физиономии мачехи вдруг появилось обиженное, страдальческое выражение. Она строила из себя жертву!

— Я тебе в последний раз говорю — давай контакты киллера. Думаешь, я в игры играю? — в голосе отца звучит угроза. — Ты же не зря боялась меня все эти годы… боялась того, кем я был. Если откажешься, эту информацию из тебя выбьют. Он говорит это без тени сомнений, без капли жалости.

В его словах только холодная, выверенная ярость мужчины, которого предали и приговорили к смерти.

— Мразь! — завизжала она. — Я знаю, что ты бывший бандит! Убийца, гад… Мразь! Ты не посмеешь мне угрожать! Думаешь, за меня некому заступиться?!

Она мечется взглядом по сторонам, ища спасения. Потом начинает кричать в сторону открытой двери: — Женя! Помоги мне! Женя!!! Отец зловеще усмехнулся.

— А твой любовничек, похоже, смылся, — произнёс он с ледяным презрением. — Ничего. Мы до него позже доберёмся.

Совсем недавно дом отца был наполнен смехом и звоном бокалов, а теперь в нём слышны истеричные всхлипывания и угрозы. Большая часть гостей разъехалась по домам. Остались только самые близкие…

Выхожу из спальни, оставляя отца наедине с лживой женой. Нужно подышать свежим воздухом, иначе я сойду с ума. На террасе тихо и спокойно.

Вдыхая влажный, пряный воздух, невольно любуюсь садом. Отец любит его… Ухаживает за каждым кустом, за каждым деревцем. Это успокаивает его и несёт покой. Пахнет чёрной смородиной, малиной, ещё не просохшей после дождя землёй… Пахнет радостью и жизнью. Это рай… А между тем в стенах этого чудесного дома воцарился ад.

Что будет с отцом? После такого предательства он вряд ли женится снова… От этих мыслей закружилась голова, и горло сжал знакомый спазм.

Пытаясь успокоиться, я закрываю глаза и… слышу рядом тяжёлые шаги. С недоумением смотрю, как из-за угла дома выходит… любовник мачехи. Он идёт нерешительно, крадучись, недобро глядя на меня.

— Ты что здесь делаешь? Я думала, ты сбежал, струсил, не стал помогать своей любовнице… Хотя так и есть — в доме тебя нет, значит, ты сбежал, — смотрю на бывшего жениха как на мерзкое насекомое. Он остановился, и его лицо, когда-то казавшееся мне таким безупречным, исказила гримаса злобы.