Книга Мой спаситель... или погибель, страница 77 – Ирина Семендеева

— Нет. Они обратятся в полицию. Тебе нельзя быть со мной.

— Ма-а-а-к-с-с… я не оставлю тебя! Я, стреляла в тебя. Я, виновата. Прости меня, любимый… — сокрушённо рыдаю я, пытаясь смахнуть слёзы окровавленными руками.

— Позвони Кириллу, — прорычал он, и его тело содрогнулось от кашля.

— Зачем?

— Позвони!

— Хорошо, — киваю согласно я, вытащив из кармана телефон. Одной рукой управляя рулём. — Позвонить Кириллу. — Включив дисплей, проговариваю всхлипывающим голосом, и тут же устанавливаю его на держателе приборном панели.

Спустя несколько гудков, слышим, как Кирилл грубо рявкнул в трубку.

— Где Макс, что ты с ним сделала?

Я испуганно кидаю взгляд на Макса.

— Я здесь… не кричи… — слабо отвечает Макс.

— Где вы? У тебя всё хорошо?

— Ему нужно в больницу, — тут же в слезах прокричала я.

— Что? Что ты сделала, Лика?

— Кирилл, отправляйся к нам на встречу…

— Я стреляла в него! — быстро выкрикиваю я, кидая взгляд на телефон, а потом на дорогу.

— Ты больная? Демид тебя использовал против собственного брата. Он хотел, что б ты его убила…

— Кирилл… просто... встреть нас и отвези меня в больницу. А Лика, пусть пока побудет с Надей. — Перебивает его Макс, тяжело дыша, не давая договорить.

— Ты как?

— Пока держусь… я… потерял много крови. Так что поспеши. Я скажу, где мы едим…

Я уже не знаю, кому верить. Но понимаю, что моя ненависть меня сожрала, и я посмела пустить пулю в любимого человека. Ведь я люблю Макса всем сердцем, не смотря на то, что он сделал.

Кидаю перепуганный взгляд на любимого. Он ели держаться. Теряет сознание и снова приходит в себя.

— Макс, пожалуйста, держись! Не смей оставлять меня! Я дура… я… прости меня! — истерично рыдаю я, понимая, что боюсь остаться одна… без него.

Неожиданно, справа. Меня ослепляют яркие фары, и сильный толчок со стороны Макса сбивает нас с дороги. Стекло со стороны Макса, сыпется... и искорёженный металл издаёт страшные звуки. Я не справляюсь с управлением и нас кидает влево, но ремень безопасности спасает, и мы остаёмся в кресле. Фургон, сбивший нас. Продолжает тащить машину по дороге к обочине… к кювету — обрыва.

Я в страхе кричу и кидаю взгляд на Макса, который после удара потерял сознание.

— Боже, нет! Ма-к-с!

Пытаюсь правой рукой дотянуться до него. Но неизвестный в фургоне с шипением шин по заснеженной дороге, припёр нас к краю обрыва, и машина, переворачиваясь, падает в заснеженные сугробы, дебри леса.

В салоне издаются страшные звуки.

Стёкла, обивка машины, мой телефон… рассыпается внутри салона. Я кричу, пытаясь удержаться в многочисленных переворотах… Искорёженный металл, превращаться в ужасающее месиво. А после наступает темнота…»

Я резко открываю глаза и соскакиваю с кровати.

Тяжело дышу. Осматриваюсь.

На улице ранее утро. Густой туман окружает дом. Тёмные тучи сгустились над посёлком, предвещая дождливую погоду.

Смотрю на спящего Макса. Он лежит на спине, запрокинув левую руку под голову. Его ровное дыхание меня успокаивает. Шрам на его левой груди напоминает мой сон.

Нет! Это был не сон, а воспоминание.

Я была в машине с Максом, после моей попытки его убить. И нас сбил фургон. Значит, Никита, то есть Демид, меня обманул. Итог… кома, в которой я пробыла на протяжении года.

Всё начинает проясняться… Только не хватает одного. Почему я стреляла в любимого мужчину?