Книга Мой спаситель... или погибель, страница 70 – Ирина Семендеева

— Аж ты скот. Убрал руки от неё!

Слышу я свирепый крик Кирилла.

— Кирилл? — измученный голос Нади.

— Разошлись, скаты. Иначе я здесь всех перестреляю! — вопит наш герой, любовник.

Но я, его понимаю. Я бы церемониться сними не стал, если бы, Лика оказалась в похожей ситуации... Представить страшно, какой замес я бы всем устроил.

— Она наша… мы за неё заплатили…

— Ещё хоть пискни, сука…, и пуля в лоб обеспечена!

Быстро иду к этой комнате и замираю в шоке. Надя избитая, всё лицо заплыло, одежда рваная и её движения заторможены. Кирилл в два шага поднимает её с кровати и прижимает крепко к себе, при этом одной рукой перебирает дулом пистолета троих полу раздетых мразей.

— Стоять… не шагу! — продолжает яростно кричать Кирилл, отступая в обнимку с Надей.

Но один державший кожаный ремень в руках, и со спущенными штанами, делает рывок с лева, пытаясь нанести удар, и Кирилл, молниеносно оборачиваясь, стреляет ему в голову. Кровь струёй полилась с простреленной башки, и тот падает замертво, на красные ковровое покрытие.

— Давай, Кирилл, на выход… на выход! — кричу я ему, стараясь быстро покинуть злосчастное место.

Они выбегают из комнаты. Но моё желание убить этих двоих за нанесённое рукоприкладство над Надей, так высока. Что я снова сжимаю дубинку в руках, смотря на полураздетых мужиков. Какая-то неведомая ярость меня одолевает, и я, быстро подлетев, бью одному дубинкой по шее, другому по лицу, действую порывисто и ловко. Пока они не оказываются на полу без движения.

Морщась, я выдыхаю. Я их, конечно, не убил, но выпустил пар. В следующий раз эти ублюдки подумают, как нападать на слабую женщину.

После движусь к выходу. Но нам дорогу преграждают, ещё несколько охранников. Не знаю, откуда они взялись… Но Надя потеряла сознание, и Кирилл, взяв её на руки, не может отразить атаку. Мне приходиться взять всё в свои руки. Я с напором навалился на одного, оттащив его к главной сцене, прижав к барменской стойке. Пытаюсь ударить его по лицу, но он постоянно отклоняется, и мои кулаки врезаются в столешницу бара. Разбивая руки в кровь.

— Кирилл… беги! — кричу я, когда на меня грузно наваливается следующий.

Я пытаюсь отбиться от одного, врезаясь в столешницы напротив мизансцены. Но ребята крепкие, один подлетает ко мне и бьёт меня в живот. Но я всё же, отпружинив ногами, упираюсь в его ноги…

Вокруг твориться хаос: девушки кричат, отбежав к сцене, похотливые самцы растерянно наблюдают за происходящим.

Всё вокруг сворачивается в огромный ком. Я отбиваюсь, от нескольких оппонентов, двигаясь к барменской стойке. Пытаюсь сообразить, ушёл ли Кирилл с Надей… Понимаю, что меня загнали в тупик, и, навалившись спиной о стойку бара, оборачиваюсь. У меня есть путь к отступлению, и делаю быстрый кувырок назад. Бармен в шоке, отпрянул к правому углу. Я хватаю всё, что первое попадается мне под руку: бокалы, стопки, бутылки спиртных напитков, и швыряю в своих враждебно настроенных оппонентов. Но этого не достаточно. Я знаю Кирилла — и он точно, меня не бросит, а значит, они в опасности. Быстро обдумываю, как выйти из тупикового положения. Меня либо убьют, либо отдадут брату на растерзание. Я не могу этого допустить. Лика ещё здесь, и с ним ей нельзя встречаться!

Осматриваю барменскую стойку и парня, обслуживающего это место. Вижу пьезо-зажигалку на стойке и быстро хватая текилу разливаю по столешнице, поджигая. Мои оппоненты отпрянули, и я, хватаю ещё бутылку, обхожу стойку и иду к их направлению, разливая жидкость за своей спиной…