Книга Мой спаситель... или погибель, страница 32 – Ирина Семендеева

А когда она вспомнит, что сделает?

Ведь её ненависть ко мне была такой разрушительной и свирепой, что вспомнив, она обрушиться с огромной силой, и не факт, что Лика сможет остановиться.

Понятие не имею, как мне быть.

Смотрю на неё и меня разрывает от гнева и негодования.

Как безумно хочется к ней прикоснуться. Сказать, что всё, что мы оба натворили, было самым страшным последствием, учинённым общим врагом, по вине которого наше счастье разрушено, и он не намерен останавливаться. Крепко заключить её в свои объятия. Прошептать, как сильно скучал, как безумно люблю, как сходил с ума, пока искал её в течении этого года. У меня столько накопилось на душе эмоций, что я ели сдерживаюсь, что б не наломать дров. И конечно, наш поцелуй, был вершиной всплеска моей одержимости. И это помешательство меня сжирает.

Всё же решаюсь пойти за ней.

Лика стояла на балконе и, открыв окно, любовалась красотами ночного города, которое радовало глаз прекрасным обзором с двадцатого этажа.

Я зашёл в застеклённое, тёплое помещение. Здесь пахло хвойным деревом с освежающим ароматом эфирных масел. Такое успокаивающее, с легким, манящим комфортом, словно тебя окутывает глубинка лесной, таёжной рощи.

Лика не обернулась. Она стояла молча, скрестив руки на груди, и смотрела в даль, где простиралось море, с видом на подсвеченный Русский мост.

— Может, поговорим? — решил я оборвать её мыслительный процесс.

Она коротка на меня взглянула и тяжело вздохнула.

— Всё как-то неправильно, — тихо прошептала она.

Я стоял рядом с ней и пытался понять, что она имеет ввиду под словом «неправильно».

Лёгкий ночной ветерок, обдувал наши волосы, а тихий шум машин умеренно доносился до тягостной паузы, в которой мы пребывали.

— Наш поцелуй?

Её плечи резко дёрнуло, и она поёжилась, словно я сказал, что-то неприятное.

Чувствую, как гнев холодной змейкой крадётся по моим венам, нещадно расползаясь по самым оголённым участкам нервных окончаний. И эта злость сумасшедшим молотом рвалась наружу, желая выплеска, свирепого оклика, в надежде растормошить объект своего терзания. Как сильно я ненавидел, всё, что происходило между нами. Человека, который разрушил и растоптал нас, оставив после себя одни руины, и я не имею понятия, как всё исправить. Я в тупике. Откуда нет выхода. И моя дерзость, похитив её, приведёт к большему разрушения…

Но я не могу иначе. Так подсказывает моё сердце и разум.

И если мне придётся одному, бороться со всем миром. Я пойду на это.

— Этого никогда не должно повториться. У меня был жених, и я должна уважать память о нем, — она не смотрела на меня, продолжая вглядываться в даль.

Чёрта с два!

— Ты его сильно любила? — неожиданно спросил я, ненавидя себя за эти слова.

— Зачем ты спрашиваешь? — резко выпалила она и взглянула на меня, в её прекрасных глазах отразились огни города.

— Если сильно любила, не поцеловала бы меня! — оскалил язвительно зубки я, пожирая её своим взглядом.

Ты всё равно будешь моей.

Даже вопреки самой себе.

С каким напором она на меня смотрела, я чувствовал кожей её гнев и сожаление, но это только больше меня раззадоривало. Сейчас она была в моей власти. Потерю памяти я выверну в свою пользу, а этот лже-жених, всего лишь фарс.

Но ничего, милая. У нас всё ещё впереди!