Книга Ты под запретом, страница 12 – Лена Бонд

Его вопрос застаёт меня врасплох. Что с ним не так? Да всё! Он деревенский, он нахальный, он... он... красивый. Чёрт. Нет, не красивый. Просто... ладно, может быть, немного привлекательный. Но это ничего не меняет!

— Да всё с тобой не так, — выпаливаю я, скрестив руки на груди и чувствуя, как внутри растёт странное смятение.

Я окидываю его взглядом, пытаясь найти хоть что-то, к чему можно придраться. Загорелая кожа, немного выгоревшие на солнце каштановые волосы, простая футболка, шорты, босые ноги... Он выглядит как человек из другого мира. Свободного, беззаботного мира, в котором можно ходить босиком и ловить рыбу, а не беспокоиться о мнении окружающих, количестве денег на твоей карте и о том, доставят ли тебе сумку из новой коллекции любимого бренда к четвергу. И почему-то эта мысль вызывает во мне не только раздражение, но и какую-то странную зависть.

Илья пожимает плечами и спокойно убирает мои стринги в карман своих шорт. Я с ужасом представляю, как они там лежат, совсем рядом с его... Господи, о чём я вообще думаю?!

— Ну что ж, тогда ты свободна, — непринуждённо говорит он, поворачиваясь к реке. — А твои яркие трусы, висящие на палке в моём огороде, прекрасно будут отпугивать ворон.

Он делает шаг к воде, и я понимаю, что сейчас он просто уйдёт. С моими бельём. Которое повесит... на палку... в огороде. Где их увидит вся деревня. Боже, да он ненормальный!

— Стой! — вырывается у меня, и мой голос звучит почти отчаянно.

Илья останавливается и медленно поворачивается ко мне с победной улыбкой. Какой же он самоуверенный придурок. Я чувствую, как снова краснею от унижения и злости на саму себя. Как я могла попасться на такую примитивную уловку?

В голове быстро формируется план: я ведь могу пообещать ему что угодно, а потом просто не прийти. В конце концов, я ничего ему не должна. Ещё чего, какой-то деревенский мачо будет мне условия ставить! От этой мысли становится немного легче, и я чувствую, как контроль над ситуацией возвращается.

— Ладно, убедил, — произношу я с наигранной капитуляцией. — Куда мы с тобой пойдём? Пасти коров на луг? Пахать поле? Пить самогон в подворотне?

Илья смеётся, и его смех звучит неожиданно приятно — глубокий, искренний, без тени насмешки.

— Ты очень забавная, Полина, — говорит он, и я замечаю, что в его глазах пляшут весёлые искорки. — Значит, такое у тебя представление о деревне и её жителях?

Я ощущаю, как краснею ещё сильнее. Он смотрит на меня так, будто видит насквозь.

— Окей, если у тебя есть другие варианты... — я развожу руками, пытаясь скрыть смущение.

— Просто доверься мне, — он улыбается, и я невольно замечаю, что у него действительно красивая улыбка. И добрый взгляд... Хотя нет, мне точно показалось. Я не может быть добрым человек, который шантажирует меня нижним бельём!

— Встретимся на перекрёстке, — продолжает он. — От твоего дома нужно идти вглубь деревни, там в центре стоит большой крест. Буду ждать тебя под ним в десять вечера.

Я киваю с самым серьёзным видом, хотя внутри меня разбирает нервный смех. Неужели он правда думает, что я приду? Что я буду ждать его у какого-то жуткого креста посреди деревни? Да ни за что на свете!

— Хорошо, — соглашаюсь я, чувствуя, как внутри растёт злорадное удовлетворение от мысли, что он будет ждать меня впустую. — А теперь верни моё бельё, пожалуйста.