Книга Семнадцатый, страница 89 – Эмилия Вон

— Да-да. Отвезем его туда по пути в аэропорт.

«Великолепно, Диего. Ты только шофером для собаки не был, но и им стал из-за этой девчонки», – пронеслось у меня в голове, но я отмахнулся от этих мыслей и, ничего не сказав, ушел из комнаты, замедлив шаги, когда услышал, как Селена разговаривает со своим щенком.

— Он нас уволит, Чапи. Как ты мог позволить мне заснуть?

Нет, я не собираюсь. Больше нет.

* * *

Мы опоздали, потому что Селена хотела удостовериться, что в наше отсутствие с ее щенком все будет в порядке. Она несколько раз задавала одни и те же вопросы администратору, отчего бедная женщина едва сдерживалась, чтобы не выставить Селену за дверь.

Когда мы вышли из машины, я взял свою спортивную сумку и помог Селене вытащить небольшой чемодан с вещами из багажника. На ней были узкие синие джинсы, белая футболка, слегка открывавшая ее подтянутый живот, и любимые белые кеды, что раньше всегда были частью ее гардероба. Еще одна деталь, которая не изменилась с тех пор. Она собрала волосы в хвост, лишь несколько прядей выбивались из прически вместе с челкой.

Селена направилась к трапу самолета, а я шел за ней с ее чемоданом, наслаждаясь видом плавно покачивающихся бедер. Господи… Пришлось сглотнуть, перевести взгляд и подумать о грязных носках парней, раскиданных в раздевалке, иначе я рисковал предстать перед всей командой с неприемлемым оживлением в штанах.

Когда мы поднялись на борт клубного самолета, где уже сидели остальные члены команды, я бросил виноватый взгляд на тренера Марони, который явно был недоволен нашей задержкой, несмотря на то, что мы опоздали всего на шесть минут. Его густые брови сошлись в одну линию, губы сжались в тонкую ниточку. Он лишь метнул ледяной взгляд в нашу сторону, прежде чем вернуться к своему планшету, но этого было достаточно, чтобы я ощутил его недовольство.

Казалось, Селена тоже уловила его настроение. Она обернулась ко мне, и на ее лице промелькнули легкое беспокойство и чувство вины – она не знала, что делать дальше и как себя вести. Я собирался представить ее команде и остальным членам нашего штаба, но тут вмешался Марти. Вскочив с места, он подбежал к нам, точнее, к Селене, и заключил ее в крепкие объятия, словно они много лет были старыми друзьями. Она захихикала, когда Марти что-то шепнул ей на ухо, и этот звук показался мне родным, но чужим одновременно. Это сбивало с толку. Жгучая боль в груди появилась при виде того, как рука Марти легла на ее поясницу, слишком низко, по моему мнению. Я мысленно готовился отрубить эту ладонь, что так по-собственнически лежала на том месте, где не должна была, и Марти заметил мое раздражение. Но вместо того чтобы убрать руку, он посмотрел на меня и подмигнул.

— Парни, познакомьтесь! Эта малышка – Селена Маккой. И именно она надерет зад нашему капитану!

Кадис, Испания

Сентябрь 2024 года

— Послушайте, наверное, произошла ошибка. Прошу, проверьте еще раз бронь на имя Селены Маккой.

Двадцать долгих минут я простояла у стойки регистрации, пытаясь разобраться в ситуации, возникшей из ниоткуда.

Мы с командой прибыли в Кадис и добрались до отеля, где планировали остановиться перед завтрашним матчем. Часы показывали уже десять вечера. Ребята собрались в одном из конференц-залов, чтобы обсудить тактику игры, едва мы въехали. Пока они расселялись по номерам, я звонила отцу, обсуждая с ним состояние Тео и его готовность к предстоящему обследованию, которое должно было дать зеленый свет новому курсу лечения. Разговор затянулся, и, когда подошел мой черед регистрироваться, в холле уже никого не осталось. Это даже хорошо, ведь в списках постояльцев меня почему-то не оказалось.