Книга Семнадцатый, страница 201 – Эмилия Вон

— Фу, мерзость. О, давайте это сюда. Только осторожно, там стекло! – донесся из динамиков машины голос Каталины, отдающей распоряжения своим сотрудникам. Сегодня у нее очередная пышная свадьба дочери какого-то крупного испанского магната, которую решено было провести на Ибице. – Прости, Сел, они чуть не уронили подсвечники из муранского стекла, которые я еле нашла.

— Все в порядке. Я уже приехала, – успокоила я подругу. – Мне уже пора. Созвонимся позже, ладно?

— Конечно. Пока, amiga.

Мы попрощались, и я вышла из машины, взяв с собой сумочку и журнал «Мэнс хэлс» с Диего на обложке. Его я захватила с собой после встречи с Алехандро Кабрерой, основателем популярного спортивного блога, который пригласил Диего принять участие в интервью. Формат шоу предполагал участие двух гостей: спортсмена и журналиста. В этом выпуске Диего предстояло отвечать на вопросы корреспондента из газеты «Марка». Вопросы были подготовлены заранее, и на встрече с пресс-секретарем «КЩ» и Алехандро мы обсудили, какие темы лучше обходить стороной – семью и личную жизнь Диего.

Подходя к зданию, я услышала громкие голоса на испанском языке, в которых часто повторялось имя Диего. Это привлекло мое внимание, и я обернулась к воротам, где один из охранников в черной форме пытался сдержать мужчину, стремившегося проникнуть внутрь. Мужчина был явно пьян, его речь была сбивчивой, а движения неуверенными. Он толкнул охранника в грудь и начал тыкать пальцем ему в лицо.

— Впусти меня, сукин ты сын! – орал мужчина.

Другой охранник, Филиппе, подошел ближе, держа телефон в руке. Его голос звучал спокойно и уверенно:

— Сеньор, пожалуйста, успокойтесь! Нам дано четкое указание не пускать вас на территорию. Если вы продолжите нарушать порядок, нам придется вызвать полицию.

— К черту твои приказы и полицию! Я пришел к своему сыну! Диего уволит тебя за то, что ты мешаешь нам встретиться! Я все расскажу ему!

Проклятие…

Это Рикардо. Отец Диего, которого не должно быть здесь.

— Отец Диего Карраско? Вот это поворот событий!

— Посмотрите на него!

— Снимайте, снимайте!

Шепот пробежал среди репортеров, а вспышки камер, прежде направленные на меня, теперь жадно ловили образ мужчины, разрушившего детство Диего и угрожающего прямо сейчас уничтожить его будущее.

Не раздумывая долго, я подошла к группе мужчин, где они толкались и спорили.

— Филиппе, что происходит? – спросила я, избегая взгляда Рикардо, потому что от одного вида этого человека у меня подкатывала тошнота.

— Сеньорита Селена, сеньор Мунир и руководство клуба четко указали, что сеньору Искундеру нельзя входить на базу. Сам сеньор Карраско подтвердил это. Мы просто выполняем свои обязанности.

— Чушь! Я пришел к своему сыну! Пропустите меня!

Рикардо отшатнулся, едва не упав на землю. От него разило спиртным, табачным дымом и потом. Левый глаз заплыл из-за огромного синяка, губа была рассечена. Серая футболка покрыта пятнами, джинсы грязные и потертые на коленях.

Я встречалась с ним дважды в жизни: тогда, когда он пытался ударить Диего, и сейчас. Ни тогда, ни сейчас этот человек не вызывал во мне ни капли жалости или сострадания. Только ненависть и отвращение.

В памяти всплыли рассказы Диего о своем детстве. Я представила семилетнего мальчика с переломанной рукой после падения с лестницы, девятилетнего ребенка, ставшего свидетелем пьяного дебоша отца, который напал на его мать со скалкой в руках. Диего было всего четырнадцать, когда этот мерзавец пригрозил до смерти избить его младшего брата, если он не найдет денег для погашения долгов. Тогда Диего устроился уборщиком в спортивный зал на другом конце острова, чтобы по вечерам мыть полы и туалеты, лишь бы собрать деньги для этого куска дерьма, который смел называть себя их отцом.