Книга Во власти чувств, страница 139 – Эмилия Вон

Пару часов назад случилось то, что не должно было произойти. Не так, не в такой ситуации. Я позволила мужчине, не являвшемуся мне мужем, прикоснуться ко мне. Я нарушила традиции Каморры, предала Данте.

Дочь Капо, являющаяся примером для многих девушек нашего круга, на кого должны были равняться, как бы абсурдно это ни звучало, очернила все традиции, позволив себе развлекаться с солдатом отца спустя пару недель после смерти жениха.

Это прозвучит ужасно, но я не жалела о случившемся и не испытывала за это вины. На самом деле этот опыт был невероятным. Я была уверена в своих желаниях и дала свое согласие, когда Алессио искал разрешения в моих глазах. Если быть честной, это я была инициатором. Все началось с того, что я заманила его на танцпол, дразнила, провоцировала, позволила ему поцеловать себя. Потому что нуждалась в этом.

— Адриана, посмотри на меня, – позвал Алессио и попытался заставить меня взглянуть на него, но я упорно отказывалась делать это и покачала головой, не найдя в себе силы смотреть ему в глаза.

Судорожные рыдания не прекращались. Я распалась на части, но Алессио намеревался собрать мои обломки в единое целое. Он поглаживал большим пальцем кожу на моих ладонях, которые он не отпустил даже после моего признания и просил с такой нежностью в голосе, что мне стало трудно дышать. Я не заслужила такого обращения к себе.

— Принцесса, послушай меня.

Принцесса.

Как же раздражало это прозвище в начале, оно звучало так легкомысленно и дразняще, казалось, он насмехался надо мной. Но с каждым разом Алессио доказывал своими действиями, что не вкладывал в это обращение ничего дурного, оно значило намного больше. Теперь это звучало для меня совершенно иначе. По-особенному.

Я уступила ему и подняла взгляд, столкнувшись с его мягкими, налитыми кровью глазами. Он выглядел таким подавленным и разбитым. Это сделала я? Я сделала ему больно своим признанием?

— Адриана, ты – самый невинный человек в этой истории. – Алессио прижался лбом к моему и взял мое лицо в свои ладони. – Ты не должна чувствовать себя виноватой ни в чем, тем более за свой сон и сделанный выбор. Ты поступила правильно, когда предпочла отца. Это совершенно нормально, любой бы так поступил. – Его голос дрогнул, но он продолжал, пока большие пальцы смахивали слезы с моих щек. – Ты предпочла человека, которого любишь.

На его лице расплылась теплая улыбка, словно он рассказывал мне сказку, но я видела печаль в его глазах, и это разбивало мне сердце. В этом был весь Алессио – он готов закрыть тебя от огня, даже если сам будет гореть.

— Каждый раз, когда ты будешь стоять перед выбором, делай так, как чувствуешь. Отключи рациональность в этот момент, просто послушай, что говорит твое сердце. – Алессио оставил долгий поцелуй у меня на лбу, а потом вновь прижался к нему своим, продолжая: – Пообещай мне, если когда-нибудь тебе нужно будет сделать выбор, ты вспомнишь об этом, хорошо?

— Обещаю. – Я запомню каждую минуту с ним, каждое слово, что он говорил мне, утешая в своих объятиях. И если в будущем мы больше никогда не сможем вот так прижаться друг к другу и поговорить, я буду помнить его доброту ко мне и все мгновения, проведенные вместе.

Алессио прижался к моим губам в легком и нежном поцелуе, но мне этого было мало. Всем своим нутром я хотела забыться и не чувствовать эту давящую боль в груди. Я хотела стереть ее с нас обоих.