Книга Развод. Спаси меня от мужа, страница 32 – Дима Льевич

Открываю ей дверь. Мне не сложно, она ведь в первую очередь девушка.

Она садится на пассажирское рядом со мной, поднимает взгляд и мило улыбается:

— Я готова.

— В самом деле?

От вопроса она тушуется и начинает бегать глазками по салону.

— Вещи твои где? — спрашиваю, стараясь не вкладывать никаких эмоций.

— Ну… Мы же на работу едем. Я их оставила… в спальне.

— Мила, я все понимаю, конечно, но это мой дом. Я приютил тебя на ночь, потому что в гостинице тебе не понравилось. Но ты не будешь жить у меня постоянно.

— Не понравилось? Вы сейчас серьезно? Да я перепугалась до смерти! Я думала… Думала, за мной муж приехал. А он грозился убить меня. По-настоящему, между прочим! Как вы можете!

— Мила, я твой работодатель и ничего, кроме фронта работ и платы за нее, не должен, понимаешь?

— Но…

— Никаких «но». Тем не менее я взял на себя ответственность найти для тебя другое жилье, и этим вопросом прямо сейчас занимается мой человек.

— Занимается? — эхом повторяет девушка.

— Да. И сегодня ты поедешь ночевать туда. Это ясно? — давлю взглядом.

— Куда уж яснее…

— Ну и? — поднимаю бровь.

— Я поняла вас! Спасибо большое за заботу. Я правда благодарна.

— Сидишь-то ты чего? Топай давай за рюкзаком своим. Рабочее время уже начинается, а ты еще не на месте!

Мила дергается, как испуганный крольчонок, затем наконец понимает, что нужно делать: дергает ручку и выскакивает из машины, несется к дому и через минуту возвращается со своим багажом на плечах.

— Вы простите меня, ладно? — бурчит уже с совсем другим настроением. — Я просто подумала, ну, что раз вы меня привезли, то я поживу хоть немножко у вас. Я же вам не мешаю.

— Понимаю. А теперь поехали, — говорю с напускной серьезностью, хотя, признаться, она мне и правда не мешает. Очень даже наоборот. Вчера вон как разбавила мой обычный вечер. Только ничего больше хорошего в этом нет. Она всего лишь моя подчиненная, которую я взял на работу лишь потому, что сестра попросила. Еще не хватало мне начать думать о ней как о девушке. Чертовски милой и до жути соблазнительной. Или уже начал. А так не пойдет.

— А может, я тогда…

— Мила! — обрываю ее на полуслове, понимая, что она хочет сказать точь-в-точь то же самое, о чем я сейчас думаю. И совсем забыв про осторожность, говорю ей ровно то, что она никогда не должна была от меня услышать: — Ты здесь только потому, что у тебя очень хорошая подруга. Потому будь добра не задавать мне лишних вопросов и делать то, что велено. Если тебе, конечно, все еще нужна эта работа. Договорились?

Она от этих слов аж откидывается на спинку кресла, будто пощечину получила, и хлопает на меня своими длиннющими ресницами, открывая и закрывая рот. И только через несколько секунд приходит в себя и робко произносит:

— Поняла, извините. Нужна, конечно.

— Я тебя о чем просил?

— Ой…

— Вот тебе и ой. Соберись уже. У тебя сегодня куча работы.

Завожу мотор и выезжаю со двора. За десять минут мы добираемся до офиса и поднимаемся на мой этаж.

Смотрю на часы, чтоб девушка это заметила.

— У тебя пять минут. Там комната. Оставляй свои вещи пока там, приводи себя в порядок, или что там тебе нужно, и возвращайся. Проведу тебе небольшой инструктаж.

— Да, Александр Владимирович, конечно, — покорно отвечает она и уходит в комнату для персонала. А я смотрю ей вслед и тяжело вздыхаю. Вот же экземпляр. Вроде и умная, но как-то неправильно оценивает доброту. Неужели с ней действительно настолько плохо обращались, как описывала Ксения, что малышка прям выпивает до дна любую каплю доброты, проявленной к ней, как почва, которая никогда не видела влаги?