Книга Порочная клятва, страница 68 – Ева Эшвуд

У меня вырывается удивленный вздох. Я почти улыбаюсь, когда слышу, как она произносит слова, которые звучат так… ну, так похоже на меня, наверное. Напряжение в груди немного спадает, и мне становится легче дышать. Смотреть на нее становится легче. Мое неистовое солнышко. В ее нежном, соблазнительном теле живет дух бойца.

Я притягиваю ее ближе к себе. Мне нужно чувствовать ее. Нужно быть рядом.

— Я уже убил одного из них, – напоминаю я ей. Без самодовольства, просто констатирую факт.

— Хорошо, – шепчет она. – Остальные тоже этого заслуживают. Я просто… Ты этого не заслуживал.

— А они, мать их, точно были в этом уверены, – бормочу я. Мне несвойственно болтать о вещах, с которыми я не могу справиться, но сейчас, когда ее мягкое тело прижимается к моему, мне легче произносить эти слова. Нежные пальчики Уиллоу прокладывают дорожки вдоль моего подбородка. – Эти ублюдки здорово на мне оторвались. Чуть не прикончили меня.

Она моргает, выглядя потрясенной.

— Это та банда, о которой ты мне рассказывал раньше?

Я киваю.

— Да. Те же козлы. Это случилось вскоре после того, как наша мама… после того, как Николай убил ее. Дерьмовое было время, понимаешь? Я почти сдался, когда узнал об этом. Я сидел в тюрьме, потому что мы убили нашего отца-говнюка в попытке защитить ее, и то, что мама все равно умерла, почти сломило меня. Я не думал, что смогу выкарабкаться, и у меня не было сил отбиваться от каждого ублюдка, который хотел откусить от меня кусочек. Мое сердце было просто… разбито.

Уиллоу обнимает меня за плечи, крепко прижимая к себе. С кем-нибудь другим я точно испытал бы чувство клаустрофобии и унижения, но с ней этого почему-то не происходит. Она просто хочет быть рядом со мной, поэтому я позволяю ей.

— Но ты не сдался, – бормочет она, и это не вопрос.

— Нет, не сдался. Я решил, что не могу погибнуть вот так. Я не мог позволить им убить меня. Поэтому продолжал сражаться, а потом вернулся и расправился с главарем той банды в назидание остальным.

— А потом они посадили тебя в одиночку, верно?

Я киваю.

— Да. Начальник тюрьмы думал, что это будет суровое наказание, но для меня все было наоборот. Во-первых, это дало мне возможность побыть вдали от всех, кто на меня покушался. Я проводил большую часть времени, просто думая о всякой чуши.

— Например?

— Например… Даже не знаю. Обо всем, что поддерживало меня на плаву. О причинах, из-за которых я вообще боролся. Долгое время это была моя семья. Даже будучи за решеткой, я знал, что должен вернуться к ним. Я хотел снова увидеть улыбку мамы, увидеть, как она читает свои любимые книги, как строит лучшую жизнь без отца. Встретиться с Виком и Рэнсомом и сделать все то, о чем мы говорили до того, как я попал в тюрьму. Но даже после смерти мамы память о ней помогала мне продолжать жить. Как только я по-настоящему задумался об этом, то понял, что она бы не хотела, чтобы я развалился на части только из-за того, что ее больше нет. Это было единственное, что меня волновало, и, сосредоточившись на том, что осталось от моей семьи, я не сошел с ума в той одиночке. Даже когда я вышел из камеры, а затем и из тюрьмы в целом, они были всем, о чем я заботился. Весь остальной мир мог бы сгореть дотла, мне едва ли было до этого дело. Пока моя семья была в безопасности, мне было на все наплевать.