Книга Прекрасные дьяволы, страница 166 – Ева Эшвуд

— Не сдерживайся, – выдавливает Мэлис, прикусывая мое плечо.

— Я…

Это все, что я из себя выдавливаю, а потом с тихим вскриком раскалываюсь на части. Я трусь о Мэлиса, выгибаюсь от прикосновений Рэнсома. Глаза закрываются, губы приоткрываются, и я встречаю наслаждение, как старого друга.

Оргазм накатывает волна за волной, а после я, наконец, кончаю, тяжело рухнув на колени Мэлиса. Он обнимает меня, словно защищая, и приглаживает волосы, а я кладу голову ему на плечо и вдыхаю его запах.

— Тебе лучше? – спрашивает он, и его голос грохочет мне в ухо.

Я киваю. Мне и правда лучше, хотя я так далека от того, чтобы быть в порядке, что это даже смешно. Но все же я чувствую себя больше человеком и меньше зомби. Мне больше не кажется, будто я балансирую на краю зияющей темной дыры.

И самое главное, я не чувствую себя одинокой.

Рэнсом наклоняется, целует меня в щеку, и тут Мэлис крепче обнимает меня, делая движение, будто собирается встать.

— Что ты делаешь? – спрашиваю я, прижимаясь к нему.

— Тебе нужно немного отдохнуть. И, может, поесть. Ты через многое прошла.

Во мне поднимается паника, такая острая и стремительная, что у меня перехватывает дыхание. На задворках моего сознания зудит то, о чем я не хочу вспоминать. Все это горе, замешательство, боль, с которыми я пока не готова справиться. И я не хочу впускать их обратно.

— Нет! – Я тяжело дышу, поднимая голову, чтобы посмотреть на Мэлиса. – Я не хочу ни есть, ни отдыхать. Мне нужно… больше. Мне нужно, чтобы ты… чтобы вы заставили меня почувствовать…

Я замолкаю, даже не зная, что сказать. Не совсем уверена, как сформулировать, о чем вообще прошу. Все, что я знаю – не хочу, чтобы это заканчивалось.

Мэлис и Рэнсом обмениваются взглядами, и я вижу беспокойство на их лицах. Мэлис откидывается на спинку дивана и двумя пальцами приподнимает мой подбородок, удерживая мое лицо неподвижно, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Что тебе нужно, cолнышко? – спрашивает он. – Чего ты хочешь? Скажи нам.

Я облизываю губы, пытаясь подобрать слова. Но я слишком взвинчена и подавлена, все обрушивается на меня с такой силой, что мне вообще трудно подобрать слова, не говоря уже о правильных.

Я хочу, чтобы они трахнули меня.

Чтобы они взяли меня, использовали и разрушили.

Но я не знаю, как это сказать.

Прежде чем я успеваю попытаться объяснить им, заговаривает Виктор.

— Поставьте ее на четвереньки, – тихо говорит он.

Я перевожу взгляд на него, сидящего рядом с нами, и, хотя выражение его лица почти бесстрастно, я вижу, как в его глазах горят желание и понимание.

Он знает. Знает, что мне нужно.

Я отчаянно киваю, сердце бешено колотится в груди. Мэлис и Рэнсом оглядываются на меня, и Рэнсом снова наклоняет мою голову назад.

— Ты правда этого хочешь?

— Да, да. – Я снова киваю, благодарная за то, что меня избавили от попыток придумать, как попросить об этом.

Парни снимают меня с колен Мэлиса. Руки Мэлиса грубее, чем у Рэнсома. Он стаскивает с меня штаны и нижнее белье, оставляя обнаженной.

Из-за того, что они трое одеты, в то время как я полностью обнажена и выставлена на всеобщее обозрение, из меня сочится влага, а чувство уязвимости только усиливает нарастающее во мне возбуждение.

Мэлис и Рэнсом стоят по обе стороны от меня, Виктор все еще наблюдает с дивана. Они втроем создают вокруг меня что-то вроде щита. Барьера, через который ничто другое не может проникнуть.