Книга Жестокие сердца, страница 59 – Ева Эшвуд

Он заводит машину, и мы выезжаем с парковки, направляясь к моллу за пределами центра города.

— Я уж думала, Мэлис не отпустит нас одних, – комментирую я, пока мы едем.

Рэнсом фыркает.

— Он ведет себя как мамаша-наседка, хотя он убил бы меня, если бы узнал, что я так его называю. И я не могу винить его за то, что он не хочет выпускать тебя из виду. Единственная причина, по которой я не взбесился, это то, что я все время был с тобой. Вот увидишь, если мы не вернемся через пару часов, он будет звонить каждые две минуты, чтобы убедиться, что с нами все в порядке.

— Вы все ведете себя как мамаши-наседки, – поправляю я его. – Но я понимаю.

Он весело фыркает, но не спорит с моей оценкой.

— Короче, – продолжает он, – у Мэла и Вика своя работа, так что им будет чем заняться, пока нас не будет. Прежде чем встречаться с Оливией, мы должны убедиться, что все готово. Как сказал Вик, это наша лучшая возможность, нельзя ее прошляпить.

Мы уже наметили дату, когда это случится, но сначала нужно все подготовить.

Честно говоря, все это вызывает у меня беспокойство. Я не хочу видеть Оливию или разговаривать с ней, но знаю, что у меня действительно нет выбора, если я хочу когда-нибудь освободиться от нее. В конце концов, она поймет, что Трой мертв. Убив его, мы получили лишь временную отсрочку.

Но поддержка братьев Ворониных заставляет меня чувствовать себя лучше. Впервые в моей жизни у меня есть настоящая семья – люди, которые готовы на все ради меня.

Не важно, что Оливия нам устроит, мы справимся.

— Все будет нормально, – говорит Рэнсом, будто чувствует ход моих мыслей. – Вик спланирует все с точностью до сантиметра, а Мэлис умеет приспосабливаться к ситуации, если это необходимо. Он убедится, чтобы все прошло без сучка, без задоринки. Все будет хорошо.

— А что ты собираешься делать? – спрашиваю я.

Он ухмыляется.

— Не позволю им впадать в крайности и творить безумие. Ну, по крайней мере, не в больших объемах. Это моя особенность.

Мы оба смеемся, и мне приятно, что я могу найти в происходящем толику юмора.

Рэнсом подвозит нас к моллу, в котором я никогда раньше не была, и мы выходим, направляясь в магазин одежды. Он не такой роскошный, как те места, куда меня водила Оливия, но определенно более высококлассный, чем те, где я привыкла покупать вещи. Хотя все лучше, чем места, где я привыкла отовариваться.

Женщина-продавец радостно приветствует нас, бросая взгляд мимо меня на Рэнсома. Ее глаза тут же начинают сиять.

— Пожалуйста, дайте мне знать, если я смогу чем-то помочь вам и вашей… подруге, – говорит она.

— Думаю, мы справимся, – отвечает Рэнсом. – Но все равно спасибо.

Он ведет меня мимо нее, почти не касаясь. Мы проходим мимо рядов разноцветной одежды, пока не добираемся до отдела, полного модных нарядов. Их так много, что у меня глаза разбегаются. Внимание привлекают все виды тканей, цветов и длин, узоров и рисунков.

По правде говоря, до появления Оливии я никогда по-настоящему не умела делать покупки для себя. Я покупала лишь то, что могла себе позволить, но эти вещи никогда не были роскошными или каким-то классными. Теперь, когда у меня появилась возможность покупать все красивое и дорогое, я чувствую себя как рыба, вытащенная из воды.

Я прохожу между стеллажами, рассматриваю платья, снимаю пару с вешалки и колеблюсь. Понятия не имею, что мне нужно, когда дело касается покроя, цвета или чего-то еще.