Книга Жестокие сердца, страница 33 – Ева Эшвуд

Глаза Вика, стоящего рядом со мной, сверкают от гнева и решимости. В руке у него еще один нож, и он смотрит на Троя тем холодным, расчетливым взглядом, который у него иногда появляется.

— Я вроде как кое-что тебе задолжал, – говорит он. – Ты хотел оставить меня умирать, верно?

Трой начинает качать головой, но прежде чем успевает что-либо сказать, с импровизированным кляпом во рту, Вик вонзает нож ему в бок, имитируя рану, которую моему близнецу нанесла пуля.

С этого момента мы начинаем действовать по очереди. Каждый из нас получает свой фунт плоти за всю боль и мучения, которым этот ублюдок подверг Уиллоу. Вик наносит ему удары в разные места, глубоко вонзая нож. Одежду Троя пачкает кровь, а после медленно стекает на пол.

Но мне нужно сделать нечто иное, кое-что более личное. Поэтому я сильно бью его кулаком, снова и снова. Попадаю в бок и не отступаю до тех пор, пока не слышу хруст его ребер. Затем принимаюсь дубасить по лицу, ломаю нос, превращаю его рот и подбородок в кровавое месиво.

Трой не справляется.

Самодовольство, напыщенность, командный тон – все это испарилось. Через несколько минут он, прижатый к стене, превращается в хнычущее месиво, плачет, кричит и трясется.

Уиллоу, стоящая позади нас, просто наблюдает за происходящим. Рэнсом положил руку ей на плечо, но ни один из них не пошевелился, пока мы с Виком продолжали пытать Троя.

Проходит совсем немного времени, прежде чем он ломается.

Наконец ублюдку удается выплюнуть свой член, и окровавленная, безвольная штуковина шлепается на пол с влажным звуком. Его голос срывается – что-то среднее между рыданием и криком, – когда он выкрикивает:

— Ладно! Я сделаю это! Сделаю все, что захотите, только, пожалуйста… прекрати это на хрен!

Дикая, темная часть меня хочет продолжать. Хочет довести его до предела, а затем сделать что-то еще более ужасное. Я хочу посмотреть ему в лицо и сказать, что он наверняка не прекратил, когда Уиллоу умоляла его об этом, что он, скорее всего, просто еще больше возбудился.

Но у всего этого есть высшая цель, нежели просто причинить ему боль, поэтому я киваю и заставляю себя отступить.

Я вырываю другой нож из его руки, и мы с Виком оттаскиваем его от стены. Трой едва может стоять, его ноги дрожат от невыносимой боли, а штаны все еще спущены до лодыжек. Он оставляет за собой кровавый след, пока мы тащим его, следуя за Уиллоу по коридору в маленький кабинет.

— Здесь я вышла замуж, – говорит она немного охрипшим голосом. – Вроде как справедливо, что именно здесь я и получу то, что мне причитается.

— Чертовски верно, детка, – говорит Рэнсом рядом с ней.

Я понятия не имею, что должно произойти дальше, но, к счастью, Вик знает. Он берет ситуацию под контроль.

— Давай его за стол, – говорит он мне, и мы вдвоем подтаскиваем ублюдка к столу. Трой буквально падает на стул, как только мы его на него усаживаем, и его голова свешивается вперед. Обрубок его члена перестал сильно кровоточить, но бедра покрыты плотной красной жижей. Не думаю, что ему грозит опасность истечь кровью, но нам все равно нужно сделать все по-быстрому.

— Не спать, придурок, – ворчу я, хватая его за волосы и заставляя поднять голову. – Вик, что ему нужно сделать?

— Подписать бумаги, передающие Уиллоу право собственности на все его имущество. Дай мне секунду.