Книга Влюбиться в твою улыбку. Книга 2, страница 118 – Цин Мэй

«!!!» Тун Яо посмотрела какое-то время на телефон, потом быстро напечатала «отвянь» и бросила трубку в сторону. Потом она, нахмурившись, какое-то время изучала силуэт своего отражения в мониторе. Наконец вздохнула и с тяжелым сердцем запустила стрим. Чат сразу же оживился, и большая часть комментариев, конечно же, была про сегодняшние события. Все комментарии – и поддержка, и ругань – только сильнее раздражали Тун Яо. Поэтому она поздоровалась, а потом начала ранговый матч и во время игры практически ничего не говорила и никому не отвечала.

Через две катки она наконец переключилась, чтобы посмотреть, что там пишут. И среди кучи разных комментариев она заметила один:

Мимопроходил: Не понимаю, чему фанатки так радуются. Смайлинг ударила человека, вот и все. Какая разница, кого она там защищала. Эти геймеры сотни тысяч зарабатывают, а кто-то и миллионы, и им влом поиграть в какую-то игру? Корона у них свалится? Слишком они изнеженные. И слишком много о себе мнят.

— Так, вот этот, который Мимопроходил… Модератор, погоди, не бань его. Пусть говорит. Геймеры зарабатывают сотни тысяч, миллионы? Ты лично им платишь? И зарабатывают они именно тем, что геймеры, а не мартышки в цирке. Если что-то вредит здоровью – почему это вдруг нельзя отказаться?

Мимопроходил: Да вы просто кучка подростков-игроманов. Пару каток сыграли, бабла влегкую срубили, еще и ноют!

— Слушай, ну раз это так легко – давай к нам. Сейчас все клубы как раз набирают трейни – тебе-то кто мешает?

Мимопроходил: А вам кто играть в игру помешал? Все остальные участвовали. А вы почему вдруг не можете?

— Ну вот, допустим, у тебя сердце болит, а учитель физры говорит: беги кросс на полторы тысячи метров. Ты побежишь? Все остальные бегут, а ты почему вдруг не можешь?

Мимопроходил: Ну, я смотрю, Пухляш и еще двое все-таки в итоге смогли. И тех самых девчонок обнимали, и еще лыбились, такие довольные.

— А должны были плакать?

Мимопроходил: А ничего, что клуб сейчас по уши в дерьме? Как они допустили, что один человек – и тот игрок – должен был во все это впрягаться? Использовали тебя как таран, а ты и рада? Конечно, хайпанула ты знатно. Правда, штраф получила, но все равно счастлива?

— Счастлива. Прямо до ужаса, – сказала Тун Яо с каменным лицом. – Честно говоря, я ни капли не жалею, что настояла, чтобы ребята не участвовали в игре. То, что неприемлемо, неприемлемо, и точка. Мы вообще обо всем узнали уже на месте. Нет, брат Жуй тут ни при чем, у него в этой ситуации не было ни права голоса, ни полномочий. Единственное, о чем я жалею, – это что из-за меня и у клуба, и у команды возникли неприятности. Мы все по итогу огребли. Да-да, пинать стул той су… супермилой девушки мне, конечно, не следовало. Тем более у всех на глазах! Если уж бить, тогда надо было…

Она не успела договорить, потому что входная дверь внезапно открылась. Тун Яо опешила и, обернувшись, обнаружила, что капитан – ну надо же! – почему-то вернулся раньше всех. Девушка тут же отвернулась обратно и увидела, что экран полон комментов типа: «Круто, круто!», «Молодец!», «Хорошо ему ответила», «Я тоже думаю – если сам нарываешься, можешь и схлопотать!»

Тун Яо от всего увиденного изменилась в лице и быстро открыла игру, чтобы не было видно чата. Когда Лу Сычэн прошел в игровой зал, она кашлянула и невозмутимо продолжила: