Книга Золотое наследие, страница 15 – Каролин Валь

— С одной лишь незначительной разницей: у тебя нет дамы сердца, которая могла бы тебя утешить и исцелить душевные раны своей безоговорочной любовью. Но по крайней мере ты не сидишь сложа руки и борешься за то, что для тебя важно. И ты лучший крестный отец для Мими, которого я только могу себе представить. Даже если иногда ты кажешься мрачным, как туча, у тебя доброе сердце, Лукас.

Я помассировал переносицу двумя пальцами и прищурился.

— Я больше не потерплю поражения, если ты и дальше будешь так меня жалеть.

— Постой! Кто здесь говорит о жалости?

Самое обидное, что Эрик похлопал меня по плечу. И не просто похлопал, а сделал это почти нежно. Это было слишком для моего самолюбия.

— На прошлой неделе я столкнулся с Элли, и это несколько выбило меня из равновесия, – неожиданно для себя произнес я.

— Подожди, с твоей Элли? – Эрик вытаращил глаза и провел рукой по бритой голове. Борода смягчала резкость черт его лица, делая образ менее суровым. – Ты имеешь в виду ту самую Элли из твоего прошлого?

Я лишь отрывисто кивнул.

— Понятно. Неудивительно, что ты так расстроился. – Эрик надел свой мотоциклетный шлем. – Давай прокатимся, и ты мне все расскажешь.

Я запрыгнул на свой V2^[3], надел шлем, и в тот же миг меня охватило знакомое чувство эйфории, смешанное с адреналином. Оно знакомо каждому, кто заводит свой мотоцикл. Когда я вставил ключ зажигания в замок и повернул его, двигатель взревел, и глубокий гул наполнил чистый воздух. К звуку моего мотора присоединился шум мотоцикла Эрика. В шлеме мое дыхание звучало особенно громко, но мне это нравилось. Я словно полностью погружался в этот момент.

В отличие от двух предшествующих моделей мотоциклов, данный аппарат требовал незначительного наклона вперед в связи с более высоким расположением подножек. Двигаясь впереди, Эрик жестом указал мне направление движения, и, плавно переключив передачу и отпустив сцепление, я почувствовал прилив мощности и легкости.

Уверенно удерживая руль в перчатках, я ехал за GS^[4] Эрика, который про себя ласково называл «стариковским велосипедом». Ведь мне было двадцать шесть лет, а ему – на два года больше. Мы буквально пролетели мимо королевского дворца, закрытых кафе и нескольких открытых баров. Приближение осени ощущалось в спаде туристической активности, что меня не особо расстраивало. Мне нравилось бывать в Осло, когда город не был переполнен туристами. Особенно напряженная обстановка складывалась в летние месяцы, когда наплыв туристов достигал пика, а значительная часть местных жителей покидала город, отправляясь на каникулы, в загородные дома или отпуска.

Мы припарковали наши мотоциклы на общественной стоянке, расположенной рядом с Осло-фьордом и одним из паромных терминалов, и пошли пешком. Кожаная куртка защищала меня от ночной прохлады, обеспечивая комфорт. В окружающей обстановке слышалась разножанровая музыка, создававшая впечатление одновременного воспроизведения нескольких случайных плейлистов.

— Эй! – окликнул нас кто-то сбоку.

Мое тело инстинктивно напряглось, а рука сжалась в кулак. Однако, обернувшись, я увидел брата Эрика, Пера. Я тут же расслабился, но получил удар в плечо.

— Ну что, Ворчун?

Пер был в два раза выше и в два раза крупнее Эрика. И если быть объективным, он, вероятно, был самым привлекательным мужчиной из всех, кого я встречал. Эх, не повезло девчонкам, которые сохнут по нему. Пер давно сделал свой выбор. – О, этим прозвищем ты меня просто разносишь в пух и прах! – сказал я и обернулся к Эрику, который лишь невинно пожал плечами, стараясь скрыть улыбку, играющую на его губах.