Книга Золотое наследие, страница 148 – Каролин Валь

Я провела годы, пытаясь смириться с потерей Лукаса и понять, почему он от меня отдалился. Неужели причина была так проста – банальный вопрос моего деда, который он не захотел обсуждать?

Разочарование и гнев приходили волнами, даже если интервалы между ними становились все длиннее. Последний раз он звонил мне четыре недели назад, и я начала задаваться вопросом, будет ли еще один разговор и когда он может произойти.

Ответ пришел неожиданно, в субботу утром. Из ниоткуда.

Лукас: Элли, загляни за свой портрет. Тогда ты осознаешь, как много значила для меня на протяжении всех этих лет.

Несколько простых слов, словно ключ к невидимой двери, открыли передо мной портал в иной мир. Волна эмоций накрыла меня, как цунами, сердце бешено забилось, а по коже побежали мурашки. С недоумением и трепетом я смотрела на эти слова, пытаясь понять их значение.

В течение долгих недель он пытался связаться со мной, но я упорно игнорировала его попытки. И вот теперь… Это сообщение, как гром среди ясного неба, оглушило меня. Каждый мускул в моем теле словно окаменел, а кровь застыла в жилах.

Ошеломленная, я медленно повернула голову и бросила взгляд на полку рядом с кухонным островом. Там, среди ваз с цветами, стоял поднос с ключами, несколько фотографий и рисунок, который Лукас подарил мне шесть лет назад. Это был его единственный подарок.

С колотящимся сердцем я встала, подошла к полке и взяла в руки деревянную рамку. Мои пальцы дрожали, пока я вытаскивала рисунок. Под ним оказался белый лист бумаги, на котором я увидела карандашные строки, написанные рукой Лукаса.

Внезапно весь мир вокруг меня померк, и я почувствовала, как силы меня покидают. Прислонившись к стене, я боялась, что потеряю сознание.

«Элли, я от всего сердца поздравляю тебя с шестнадцатилетием! Пусть этот день станет для тебя самым особенным».

От первой же строчки меня охватило странное чувство. Воздух застрял в горле, и громкий хрип эхом разнесся по просторной комнате. Я машинально схватилась за сервант, потому что ноги вдруг стали ватными. Все вокруг закружилось, и я почувствовала, будто погружаюсь в темную бездну. Я быстро пробежала глазами по строкам, судорожно вдохнула и снова вернулась к чтению.

«Спасибо за то, что ты есть. Я редко говорю об этом, но ты для меня очень много значишь. За последние месяцы я начал ценить тебя еще больше, и это чувство сложно описать словами. Ты приносишь свет в мою жизнь, и я не уверен, смогу ли когда-нибудь выразить тебе это открыто. Но я хочу, чтобы ты хотя бы прочла это.

Твой Лукас».

Я вновь и вновь скользила взглядом по этим строкам, пока мир вокруг не начал расплываться. Этот рисунок он подарил мне в день моего шестнадцатилетия.

А потом он разговаривал с дедушкой.

Выходит, его чувства ко мне зародились задолго до этого разговора? Все эти годы признание Лукаса, написанное на листке, хранилось у меня. Неужели я была настолько слепа?

Лукас: Мне очень хотелось бы кое-что тебе объяснить. Ты найдешь меня в мастерской Эрика.

Получив следующее сообщение с адресом, я замерла, глядя на экран телефона в своей руке. Затем, не сдержав слез, выскочила из квартиры, схватив пальто и ключи.

Спустившись по лестнице, я оказалась на улице, где почти не ощущался холодный январский ветер. Внутри меня бушевали противоречивые чувства: радость и тревога, счастье и опустошение.