Книга Варвар. Одержимость, страница 49 – Валерия Ангелос, Рина Каримова

Огненные импульсы пробегают по бедрам, расползаются от груди к спине и обратно.

Тяжесть внизу живота нарастает.

Варвар смотрит на меня безотрывно. А через секунду толкается внутрь так, что кричу. Зажмуриваюсь от саднящих ощущений

— Глаза, — жестко требует он.

Встряхивает меня. И рукой за плечо, и новым сокрушительным толчком.

Он вбивается в мое тело будто одержимый. С каким-то пугающим остервенением.

Теперь страшно зажмуриться. Кажется, если пропадет наш зрительный контакт, Варвар окончательно впадет в неистовство.

Страшно вообразить, как бы ощущались настолько жесткие толчки без возбуждения. Без тех ласк, которыми он обманул мое тело

А теперь...

Это не близость. Не то, что было между нами в первый раз. Это даже не его животная похоть, которая кажется привычной.

Наказание.

Байматов не оставляет иллюзий.

— Отвечай, — требует он.

А я настолько ошарашена той бурей противоречивых эмоций, которые на меня сейчас обрушиваются, что не могу ничего из себя выдавить. Да и смысл фразы ускользает.

— Ты меня поняла, Настя? — цедит жестко, сам тяжело дыша.

И усиливает ритм так, что у меня черные точки мелькают перед глазами.

— Никаких, блять, друзей, — отрывисто заявляет Байматов. — Никаких гребаных мужиков.

Наверное, разумнее всего выпалить «да».

Только бы он прекратил. Только бы остановился. Только бы...

Да хоть бы просто сбавил обороты.

Но часть меня протестует. Не дает уступить.

И Варвар будто разъяряется от этого. Усиливает напор. Берет меня еще грубее, жестче.

— Поняла? — рявкает так, что его хриплый голос прокатывается обжигающей ледяной волной по всему телу.

Черта пройдена.

Болезненный спазм сводит меня между ног.

Впиваюсь ногтями в широкие плечи. Морщусь и бормочу:

— Пусти, пусти меня, — вскрикиваю, чувствуя, как слезы набегают на глаза, и выдаю громче. — Больно! Пусти...

Он тормозит.

Резко.

Обхватывает мое лицо ладонями. Мрачнеет, всматриваясь в мои затуманенные глаза. С моих ресниц срываются слезы.

— Блядь, — хрипло бросает Варвар.

Выходит из меня. Осторожно. Однако это все равно ощущается болезненно. И я судорожно втягиваю воздух, не удерживаюсь от всхлипа. А потом спешу скорее сдвинуть бедра.

Стой, — говорит Байматов, не позволяя этого сделать. Пусти, — бормочу, отталкивая его.

Но с тем же успехом можно попытаться сдвинуть скалу с места.

В следующий момент Варвар заваливает меня на стол, заставляя распластаться на спине, разводит мои ноги, склоняясь ниже.

Все, хватит, — дергаюсь. Тихо, — бросает он. — Не трону.

И трогает. Его пальцы касаются меня. Едва дотрагиваются, но тело уже зажимается.

— Что ты, — бормочу, опять вырываюсь. — Не надо.

Но он не отпускает меня, продолжает... осматривать.

— Где твоя комната? — спрашивает вдруг.

Убирает руки от меня. Но сам подается вперед, упираясь крепко сжатыми кулаками в столешницу. Нависает надо мной.

Взгляд у него выразительный. И как-то сразу дает понять, что лучше ответить

Поэтому помедлив, все же качаю головой.

— Там, — говорю глухо.

Он подхватывает меня на руки. Относит на мою кровать. Укладывает там поверх покрывала. И сам укладывается рядом.

Здесь тесно.

Варвар прижимает меня к себе так крепко, что не ускользнуть. Но тут и негде, даже если бы я попыталась.

В шоке ловлю себя на том, что ускользать-то и не хочется. Даже после той дикости, которая была в гостиной. После того, как он набросился на меня с «нежностью» оголодавшего зверя.