Книга Торопитесь любить, страница 9 – Мария Клепикова

— Я Вам не верю, — правильно, а с чего бы ей верить? Со всех сторон на неё сыпались одни нападки и жестокость.

— Ну, не знаю, быть может, это тебя убедит? — Гвентин сотворил ледяную розу и, положив на пол, подвинул к двери.

Девочка удивлённо посмотрела на странного брюнета, потом на цветок, и неуверенно взяла последний в руки.

— Холодная, — девчушка слабо улыбнулась. — И красивая! А Вы и правда волшебник?

Ответом послужила целая корзинка ледяных творений. Тут были и цветы, и игрушки-зверушки, и даже кукла. Малышка была явно восхищена — такого у неё никогда не было. Она, забыв свой страх перед незнакомым человеком, вышла на свет и стала брать в руки ледяные творения, что сверкали и искрились под ярким солнышком.

Гвентин распахнул объятия и привлёк к себе ребёнка. Дурак, он жалел себя. Считал, что судьба несправедлива к нему. Этой малышке больше не повезло — одна среди злых людей. Как такое могло произойти? Гвентин гладил её и целовал в тёмную макушку.

Маленький несчастный ребёнок прижимался к нему своим тщедушным тельцем, утыкаясь курносым носиком в крепкую грудь. Этот чужой мужчина единственный, после смерти матери, отнёсся к ней по-доброму. Невероятно громкий звук урчащего живота заставил созидателя неприятно содрогнуться:

— Ты кушать хочешь?

Малышка ответила кивком. О, святая Лисбет! Это как ножом по сердцу. Гвентин молча выругался, что оставил свой рюкзак в доме Херр Сорса, но вспомнил, что в кармане лежало яблоко. Он вытер его об одежду и дал девочке. Малышка удивлённо взглянула на него:

— Это мне?

— Тебе, — Гвентин сглотнул, чтобы сохранить спокойный голос, и улыбнулся.

Маленькие грязные ладошки дрожа потянулись к ароматному яблоку. Да, она действительно не похожа на местных жителей: иссиня-тёмные прямые волосы, смуглая кожа проглядывала сквозь грязь. Единственное, что говорило о её родстве с деревенскими — так это светло-голубые глаза, но в обрамлении чёрных ресниц. Вне всяких сомнений девочка была красивой, даже очень.

— Как тебя зовут, Фройлен? — спросил мужчина, разглядывая ребёнка, в то время как та уже почти съела яблоко, но разве это насытит?

— Барбара, — чавкнув, ответила малышка, доедая огрызок и оставляя только хвостик. — А Вас, Херр?

— Херр Гвентин фон Фуллингтон к твоим услугам, но можешь звать меня просто — Херр Гвентин.

Мужчина улыбнулся, глядя как Барбара облизывает пальчики. Он смахнул с мягких щёчек прилипшие кусочки яблока и вытер грязные разводы носовым платком.

— У тебя совсем нет никакой еды? — спросил он, на что получил отрицательный ответ. Бедный ребёнок! Мужчина встал на ноги, приподнимая девочку. — Давай так поступим — я схожу в лес и поймаю какую-нибудь зверушку, а потом мы зажарим её. Хорошо?

— Не уходи, — дрогнувшим голоском попросила Барбара. О, сколько отчаяния в этих бездонных глазах, а маленькие ладошки цепко ухватились за его одежду.

— Я быстро, — Гвентин хотел отстранить девочку, но та лишь обхватила его теперь уже за талию, не отпуская:

— Не уходи.

Рубашка тотчас намокла от слёз ребёнка. Сердце непроизвольно сжалось от жалости, и потому мужчина опустился на колено перед ней и заглянул в большие глаза с тёмными тенями под ними, явно от недосыпа:

— Но ты же кушать хочешь, — едва поборов свой голос, чтобы он не дрогнул, настаивал он.