Книга Сокровище Сиальских островов, страница 20 – Дора Коуст

— Естественно, мы выигрывали, — рассказывал герцог, игнорируя мое недоуменное выражение лица.

Как все это сводилось к вопросу, на который я хотела услышать ответ, пока было не ясно.

— Дикие гоблины — одиночки. Они сбиваются в пары только на момент игрищ и до обучения чада всем основам выживания. Все остальное время они проводят врозь, так что выловить их и выдворить в Пустошь поначалу не составляло труда. Так мы думали. До того момента, пока не пришло осознание, что нас продуманно заманивали в ловушку.

— Дикие гоблины? — переспросила я.

Насколько мне было известно из книг, эти злобные тварюшки умом не отличались.

— Да не такие они уж и дикие. Точнее, не все из них, — усмехнулся Рейнар, наполнив пустой бокал, стоящий рядом со мной, водой. — Пять сотен — ровно столько поджидало нас у предела южной границы. Причем стоило нам ступить на земли, выбранные кланом для постоянного обитания, как они активировали магические протоки. Всю магию на многие километры в стороны просто отрезало. Я впервые ощущал себя обычным человеком.

— И? — поторопила я мужчину, осушив бокал.

Во-первых, было интересно, что же случилось дальше. А во-вторых, я все еще не понимала, как это связано со мной и с проклятием Татии.

— И именно перед тем, как нас отрезало от магических эманаций, ко мне прилетел вестник от Делгина. Он мой слуга, проверенный человек, которого я отправил следом за Татией. Присматривать, — пояснил герцог, а я вдруг вспомнила нашего нового конюха.

Его тоже звали Делгином. Он был плечистым, молодым, совсем неэмоциональным и молчаливым. Судьба послала нам его, когда наш старый добрый конюх вдруг решил оставить службу и отправиться на вольные хлеба. По крайней мере, о судьбе так размышляла мама.

— Да-да, душа моя, тот самый Делгин, — подтвердил мои подозрения ар Риграф. — В своем письме он написал, что Татия себя не очень хорошо чувствует. Да и все присланные вместе с ней слуги и гвардейцы вдруг свалились от какой-то неизвестной инфекции. Я отправил к ним лучших лекарей.

Лишив свой отряд подстраховки, Рейнар действительно отправил в путь лучших лекарей, которых вообще когда-либо знал. Безопасность его сестры, ее здоровье всегда были для него на первом месте.

Однако кое-что очень смутило мужчину. В своем письме Делгин также делал акцент на том, что действующая королева-мать не слишком рада приобретению невестки. Сдавать бразды правления она, судя по всему, не собиралась, хотя в глаза молодым улыбалась и всячески проявляла гостеприимство и радушие.

Герцог очень хотел тотчас отправиться к сестре, но, во-первых, не мог бросить свой отряд, фактически загнанный в безмагическую ловушку, а во-вторых, находился в тот момент очень далеко.

Даже если бы он отправился верхом в тот же миг, ему бы и недели не хватило, чтобы пересечь искусственно созданные границы, за которыми он смог бы воспользоваться чарами. Сопровождающий, отправленный вместе с лекарями на разведку, вернулся один через шесть дней и сказал, что не преодолел и половины пути, когда решил возвращаться обратно.

— Мы сражались сутками напролет, делая лишь небольшие перерывы на отдых. Война за южные границы заняла чуть меньше недели. Когда все закончилось и мы выкопали артефакт, напичканный магией гоблинов, чтобы разрушить его, заметно поредевший отряд едва стоял на ногах. Гоблины наносили раны, несовместимые с жизнью, — только так они могли выиграть, так что в том походе я потерял многих. Не только подчиненных, но и друзей.