Книга Охотница: Лунная лихорадка, страница 108 – Ната Ли

— Ты пришла, — прошептал практически одними губами, но она прекрасно разобрала каждое слово. Впервые за все время их знакомства он был одет не в черное, а в белое, и резкий контраст выгодно подчеркнул загорелую смуглую кожу. На его фоне ее собственная кожа показалась особенно бледной и болезненной.

— Тебя это удивляет? — разве он сам на ее месте поступил бы иначе?

— Гаррик мне рассказал обо всем. Вернее, о том, что успел узнать сам. Понимаю, что это лишь малая толика того, что пришлось пережить тебе самой… Скажи лишь одно: ты когда-нибудь сможешь простить меня?

Этот вопрос Дейдре ожидала услышать от Эрика меньше всего, так как и сама задавала его себе все последнее время. Получается, они в итоге беспокоились об одном и том же? Захотелось с облегчением рассмеяться, но звуки замерли где-то в середине груди, так и не успев дойти до горла. Сколь многое могло изменить одно скупое признание? Уж слишком расплывчатое, чтобы ухватиться за него как за якорь во время разыгравшегося шторма. Хотя внутри против воли вместе с робкой надеждой разлилось приятное тепло.

— Разве мне есть за что, Эрик? Ты не сделал ничего такого, за что сейчас стоило бы просить прощения.

— Я ушел и оставил тебя в Темном королевстве одну, вместо того, чтобы бороться до последнего. Разве это не было предательством с моей стороны хэ? — в голосе оборотня сквозило столько самоосуждающих ноток, что Дейдре захотелось его хорошенечко встряхнуть!

— Святая дева, кто только вбил тебе в голову подобную околесицу! Не удивлюсь, если Аласдар!

Красноречивое молчание Эрика в ответ только подтвердило ее догадки.

— Эрик, ты поступил единственно правильным способом — дал мне право выбора и возможность самостоятельно решать свою собственную судьбу! То, что в тот момент я находилась под влиянием браслета, в конечном счете ничего не меняет, ведь все разрешилось к лучшему. Зато теперь я точно знаю, что мое мнение для тебя важнее собственных животных инстинктов или амбиций. Хотя раньше мне казалось, что именно из-за этого наши с тобой отношения никогда не станут возможными. Я бы никогда не смогла быть с мужчиной, который не прислушивается к моим желаниям и пытается во всем навязать свою волю и самого себя в придачу!

Он смог отступить, хотя и знал, что отказывается не просто от своей женщины, а от истинной пары. Большего доказательства искренности чувств для оборотня представить вряд ли было возможно. Только из-за одного этого стоило крепко-накрепко вцепиться в него обеими руками, чтобы больше никогда не отпускать.

— Но проявленная слабость…

— Ты проявил не слабость, а настоящую силу! — возразила и переплела свои пальцы с большими мужскими. — Я буду лично разбираться с каждым, кто посмеет сказать иначе!

— Ты — очень необычная женщина, Дейдре, — со сдавленным смешком проговорил Эрик и еще сильнее сжал ее руку. — Или тебе больше нравится твое настоящее имя, Исилиэль?

— Нет. Я — Дейдре. Исилиэль умерла двадцать лет назад. Ту жизнь, которая я вела все последние годы, она вряд ли бы смогла одобрить.

Эльфийка горько усмехнулась собственным воспоминаниям. Нет, имя Дейдре значило для нее слишком многое, чтобы так просто отказаться от него при первой же представившейся возможности. Пусть Исилиэль и нарекли ее родители, она уже давно не чувствовала себя той беззаботной и счастливой девочкой из Светлого королевства. А вот у Дейдре могли быть шрамы, ровно как и запекшаяся кровь противников на загрубевших от тренировок руках. Внезапно опомнившись, поспешно уточнила: