Книга Возрождение Тёмной, страница 22 – Юлия Фим

— Чжунъян, я сказал свое слово, – повторил он и удалился из залы.

Чжунъян и Мэйцзюнь почтительно склонились, провожая отца. Едва он скрылся из виду, как они упали на колени перед матерью. Брат с сестрой не смотрели друг на друга, но в их единодушности чувствовался предварительный сговор.

— Маменька, – вступил Чжунъян, – поговори с отцом, попроси его изменить мнение. Пожалуйста.

Платье матери зашелестело, но звук не был успокаивающим. Она направилась к детям, спускаясь с возвышения. Походка ее была вальяжной и размеренной.

Чживэй почувствовала, как Чжунъян, стоящий на коленях по левую руку от нее, напрягся. Не вставая с колен, он попытался выглядеть тверже. Мэйцзюнь, только что дрожащая от страха, внезапно преисполнилась решимости.

— Поговорить с отцом?..

Мать взяла слово, только подойдя к ним вплотную. Ее голос, высокий и презрительный, делал ее слова острыми и обидными. Каждое слово напоминало удар хлыста, от чего Чживэй внутренне сжалась.

— Чтобы спасти это?. Я жалела каждую секунду своей жизни, что оно не умерло. И особенно жалею теперь, когда мои дети цепляются за нее, словно за оазис в пустыне.

— Она тоже твоя… – Чжунъян не договорил, как мать резко повернулась к нему.

— Не продолжай! Не то меня стошнит от отвращения! – мать не смотрела на Чживэй, словно та была противной многоножкой. Немного успокоившись, мать продолжила. – Она была рождена, чтобы умереть. Когда ваша бабушка настояла, чтобы ее оставили, я заказала у астронома прочтение ее судьбы. И ее судьба умереть до наступления пятого Темного Солнца. Предначертанного не избежать.

— Бабушка говорила мне о предсказании, – Чжунъян покачал головой. – Оно гласит, что Чживэй умрет дважды. Это невозможно. Тот предсказатель был обманщиком.

При этих словах в душе у Чживэй что-то оборвалось. Предсказатель вряд ли был обманщиком, ведь Чживэй уже один раз умерла. Еще вчера она видела себя всемогущей путешественницей между мирами, уверенная, что если ее привели в этот мир спасти семью, то, значит, она практически бессмертна. Наивность этих мыслей была налицо.

Мысли Чживэй прервал вздох матери.

— Сын мой, у тебя доброе сердце.

Женщина потянулась к Чжунъяну, подхватывая его за локти, чтобы поднять с колен, однако он отстранился. Мать застыла в непринятой позе, а затем с ее губ слетела усмешка, и она потянулась к мечу Чжунъяна.

— Если ты не можешь убить ее – я сделаю это за тебя.

Она ухватилась за рукоять меча, намереваясь вытащить его, но Чжунъян помешал ей. Между ними завязалась битва взглядов, которую прервали близнецы. Дети бросились к матери, хватая ее за ноги.

— Маменька, прошу!

— Пожалуйста, не трогай сестрицу!

— Она всегда была доброй!

Мать раздраженно фыркнула и отпустила рукоятку. Она выпрямилась, после чего провела ладонью по головам младших детей.

— Ступайте к себе немедленно. Это не обсуждается!

Близнецы сквозь слезы взглянули на Чжунъяна, и тот едва заметно кивнул. Тогда они обняли Чживэй в последний раз и поспешили удалиться, не переставая всхлипывать.

В этот раз заговорила Мэйцзюнь. Она подняла голову, стараясь передать матери всю серьезность собственных намерений.

— Маменька. Я не буду противиться браку, если вы сохраните жизнь Чжи…

— Не делай этого, – повернулась к ней Чживэй.

Ее ужаснула мысль о браке сестры даже больше собственной смерти. Чживэй просто не могла позволить Мэйцзюнь жертвовать собой ради нее. Настоящая сестра Мэйцзюнь была мертва, а давать такие обещания за самозванку не стоило.