Книга ESCAPE, страница 88 – Алиса Бодлер

О работе сейчас думалось в последнюю очередь. Я ощущал, как ко мне крепко приклеивалось яркое, нестираемое клеймо. Мы не говорили о диагнозе вслух, но я был уверен только в одном: Константин присвоил мне то самое расстройство эндогенного характера, о котором рассказывал однажды.

— Как долго… – слова приходилось выдавливать из себя. – Мне придется их пить?

— Мы посмотрим, – интонация доктора была чересчур спокойной и убаюкивающей. – Но вы будете лучше спать. Без кошмаров. Я выпишу рецепт по приезду.

Внутри меня зарождалось липкое чувство недоверия к тому, кто вез меня домой.

И почему вы решили поступить со мной именно так, доктор Константин?

Вы всегда были на моей стороне и оправдывали все происходящее со мной обилием стресса. Такое обоснование устраивало меня куда больше.

Мужчина спрашивал меня о чем-то еще, но я принял решение игнорировать специалиста. Задав пару-тройку вопросов и не дождавшись ответа, он все-таки сдался. Наверное, посчитал, что теперь мое состояние достаточно острое, и со сменой лекарств он подоспел вовремя.

Я понимал, что любой недуг не характеризует личность и не делает человека хуже. Проблема крылась в другом: то, во что я так искренне верил, и то, благодаря чему я стремился вперед все эти годы, посчитали за симптомы заболевания. Чем больше я думал и анализировал, тем быстрее мое расположение к врачу сходило на нет.

Я чувствовал себя преданным.

— Боузи, мы приехали. Еще две минуты. Я выпишу вам рецепт.

Константин потянулся ко мне и вынул из бардачка листок, заставленный обилием печатей. Он заполнил его быстро, исписывая пустые строки почерком, который я не мог разобрать. Я взял рецепт, попрощался и покинул машину. Как только автомобиль скрылся из виду, я открыл приложение мобильного банка на своем смартфоне, сложил часы в уме и оплатил присутствие доктора.

Теперь я знал, что мое отношение к нему изменится безвозвратно.

Поднимаясь наверх, я считал ступени. С каждым шагом продумывал, что могу рассказывать Иви, а о чем говорить не стоило. Мог ли я попросить ее купить лекарства, за которыми не решился бы отправиться самостоятельно? Или о рецепте и вовсе не следовало упоминать?

Больше всего на свете я боялся остаться в полном одиночестве. Теперь даже мои видения меня покинут. Но если это сделает и Иви, то поводов для борьбы не останется совсем.

Она ждала меня у порога. Словно специально подслушивала, как я шаркаю кроссовками по ступенькам и специально иду намного медленнее, чем обычно.

— Боузи, быстро спать! – подруга налетела на меня, не позволяя даже поздороваться с ней.

— Иви, мне надо работать, – отвечал я устало, но твердо. Обида на Константина постепенно превращалась в осознанную злость и потихоньку выплескивалась наружу. – Никто меня не освобождал.

— Лежа в кровати, с телефона! – девушка отобрала у меня пакет и принялась стягивать рюкзак. – Иди давай, я очень недовольно твоими попытками все решить самостоятельно!

Сегодня ее режим «мамочки» был активирован на полную. Понимая, что поговорить нормально нам не удастся, я подчинился и скинул с себя обувь. А затем молча протянул ей рецепт.

— Это что еще такое? – нахмурилась Иви, вчитываясь в неразборчивый почерк.

— Я не знаю, – честно ответил я.

— Тут написано… – глаза девушки расширились от ужаса.