Книга Кофе готов, миледи, страница 8 – Александра Логинова

— Вот, госпожа, смотрите, – мы подошли к небольшому деревянному столу, и Берта ловко сняла полотенце с какого-то противня, демонстрируя мне ряд крошечных шоколадных эклеров. Я замерла от восторга. Аромат наисвежайшей выпечки, ванили и шоколада достиг носа, сражая меня наповал, и я еле удержалась, чтобы не втянуть в себя воздух поглубже, как собака. Мама миа, вот это сокровище!

— Знала, что вам понравится, – удовлетворенно заключила повариха, наблюдая мой восторженный взгляд, полный немого обожания, которым я смотрела на эклеры. Господи, я готова продать душу за сладости. Надеюсь, эта прелесть для господ поместья, к которым я теперь отношусь, и их подадут к ближайшему приему пищи. Как бы ни хотелось мне слопать хотя бы один прямо сейчас, вряд ли это будет выглядеть достойно. Остается только глотать слюну и ждать официальной встречи с этими красавцами.

— К сегодняшнему ужину для гостей, будь они неладны, ваш батюшка велел напечь, – проворчала Берта, ныряя в шкафчики под столом и активно громыхая кухонной утварью. – Лишь бы дармоедов привечать да кормить их почем зря.

Я подарила прощальный взгляд еще теплым эклерам и тяжело вздохнула. Повернулась, чтобы уйти, сказав напоследок:

— Ну, может, повезет и мне достанется парочка, – немудрящая шутка должна была разрядить хмурый настрой поварихи, которая, кажется, была добра к Гретте, но не вышло.

— А вам в любом случае ничего не достанется, – спокойный голос женщины меня насторожил. Как это – ничего не достанется? Судя по словам Миры и этой Берты, я как минимум родственница графа, скорее всего – дочь или внучка, а, значит, должна буду сидеть рядом с гостями. Странно, что при таком раскладе мне может не достаться сладостей.

— Как это – не достанется? – не оборачиваясь, спросила я.

— Господин Роберт непременно перескажет слова Фредерика вашему отцу, а господин граф будет так добр, что полностью позаботится о вашем здоровье и запретит вам есть тяжелую пищу, в том числе и эклеры, приготовленные на масле и муке. Так что вам достанутся только запахи.

Как же это? Да почему? Я прекрасно себя чувствую, я здорова, нельзя лишать меня эклеров! Быстро развернувшись к столу, я оторопело уставилась на Берту, протягивающую мне подложку из плотной бумаги, на которой ютились два эклера. На автомате протянула руку и взяла подарок, наблюдая, как ловко повариха прикрыла его сверху точно такой же плотной бумагой.

— А что это вы тут, ваша светлость, делаете? – добродушно усмехнувшись, спросила Берта, снова накрывая противень полотенцем. – Никак пришли справиться о новом щадящем меню для вас? Так все будет в лучшем виде, не сомневайтесь.

Я во все глаза уставилась на довольное лицо поварихи и поняла, что с ней мы точно подружимся. Наверняка она была близка Гретте, несмотря на то, что из прислуги. Но и я найду способ сохранить с ней добрые отношения. Очень уж мне импонировала её забота о госпоже, хотя скрытое недовольство графом и особенно потенциальными гостями слегка настораживало.

Благодарно кивнув, я поспешила прикрыть сверток рукой и вернуться в свою комнату. Едва захлопнулась дверь в спальню, ноги сами понесли меня к прикроватному столику. Верхняя бумага, уже успевшая где-то пропитаться маслом, отлетела в сторону, а я с великой осторожностью взяла двумя пальчиками эклер и откусила кусочек настоящего блаженства.