Книга Совершенное королевство, страница 78 – Лина Венкова

Специально для меня был заказан трансфер: из нескольких вариантов я выбрал внедорожник с тонированными стёклами. Не думаю, что кому-то покажется хорошей идеей устроить на меня покушение здесь, но, всё же, рисковать не хотелось.

Мы отправились в путь: резиденция регента находилась вовсем не там, где я предполагал. Наш внедорожник выехал из небольшого поселения в белоснежную глушь — лишь серая полоса расчищенной дороги не давала сбиться с пути, пробираясь к горной гряде. Белые пустынные поля без единого намека на деревце или строение… Я даже засомневался, привезут ли меня к месту назначения.

Привезли. И не успел я выйти из автомобиля и подать водителю знак ждать меня здесь, как сразу же нещадно замерз. Пальцы на ногах первыми сдали позиции; я едва чувствовал собственный нос. В сотый раз спрашивая себя, стоило ли оно того, я пересёк дорогу, которую точно чистили с утра, но уже спустя несколько часов она опять была засыпана снегом — мне доставало до икр.

Снаружи резиденция оказалась довольно скромной: обычного красного кирпича, само здание размером примерно в два раза меньше нашего королевского дворца в Осло. По обе стороны главного входа находилось по гвардейцу.

Я подошел ближе. Не испытывал большого желания заводить беседу, но это было в моих интересах, ведь попасть внутрь я желал по ряду причин.

— Моё почтение верным гвардейцам, — я произнёс официальное обращение к стражникам, общепринятое в Норвегии.

Оба склонили головы:

— Ваше Высочество наследный принц Эрик, — пробасили они в унисон. — Регент архипелага Шпицберген приветствует вас на этой земле.

— Меня ждут? — немного неловко было спрашивать подобное у обычного стражника, но судя по всему, их предупредили о возможности моего визита. Только кто это мог быть?

— Вас ждут уже много лет, мой принц. Тронный зал на втором этаже, к нему ведет единственная двустворчатая дверь.

Внутренняя отделка поместья регента абсолютно никак не сочеталась с лежащим снаружи снегом: она напоминала интерьеры в отелях курортных городов. Обстановка просто дышала летом и была так похожа на отделку нашей резиденции в Осло, что закралась очевидная мысль: над интерьерами обоих резиденций работал один и тот же человек. Теперь я ещё больше уверился в предположении, что этот загодочный регент имеет отношение к нашей семье.

Лестницы — резные, похожие на произведения искусства; обилие цветов в горшках и вазах; множество зеркал — я словно снова попал домой. И чем яснее я понимал, что это не просто совпадение, тем больше на меня накатывало ужасающее нехорошее предчувствие; осознание ошибки, сути которой я ещё не понимал, но которая уже меня коснулась.

Я с удвоенным рвением стал искать упомянутую гвардейцем двустворчатую дверь, и вскоре мне повезло. Дверь оказалась чуть приоткрытой и я вошел; стражник меня не обманул — регент действительно находился здесь. У дальней стены огромного тронного зала — размером с половину футбольного поля — спиной ко мне стояла женщина. И даже со спины кого-то она мне сильно напоминала.

Заслышав мои шаги, женщина обернулась ко мне. С такого расстояния улыбка была едва различимой — но всё же я её разглядел. Родную улыбку, которая мне снилась всё детство; женщина в платье ступила шаг вперед, и я пошел ей навстречу. Она остановилась: платье серебрилось на свету и слепило глаза, но я не сводил взгляда с такого знакомого лица. Я думал, что готов ко всему, но это оказалось неправдой — я оказался раздавлен безжалостной ральностью.