Книга Неправильная, страница 72 – Лана Добродар

— Аастаа! — каким-то неведомым образом Саир умудрился прорычать моё имя, в котором нет ни одной мал-мальски рычащей буквы, да так, что у меня по всему телу побежали возбуждённые мурашки. — Ты восхитительно красива! Решила меня с ума свести? Может никуда не пойдём? Я же там умру от ревности. Они же тебя там у меня украдут. — Соблазнительно шептал муж, где-то в районе виска, продолжая разгонять моих обезумевших мурашек.

— Ха-ха. Нет, мы обязательно туда пойдём. — усмехнулась я, отстраняясь, иначе мы точно рискуем никуда не пойти. — И как сказала твоя мама «Пусть они все обосрутся от зависти перед тобой».

— Что она сказала?! — не веря переспросил Саир — Мама не могла такого сказать.

— Я тоже так думала. Видимо мы плохо знаем леди Татиалию.

Императорский дворец — самый масштабный дворец дворцово-парковый ансамбль Тидона, расположенный в пригороде столицы. До сегодняшнего дня мне доводилось его видеть только со стороны, когда Саир в очередной раз мне устроил увлекательное турне по столице. Как и положено императорскому дворцу, он поражает своими масштабами и великолепием. Фасад здания окрашен в бежевый цвет с белыми колоннами и золотыми элементами декора, что сразу создаёт поистине королевский облик.

Сегодня же мне довелось оценить ослепительную красоту его внутреннего убранства, которое впечатляет своей роскошью, как и полагается любому уважающему себя дворцу. Большая часть залов оформлена в кремовых тонах и украшена скульптурами, золочёной лепниной и массивными колоннами. Лёгкость и воздушность помпезным конструкциям придаёт свет, отражающийся от ложных зеркальных окон. Большой бальный зал, в котором и будет проходить торжество — это роскошный белоснежный зал. Строгость и одновременно торжественность помещению придают коринфские колонны с лепниной, мраморная отделка стен, высокие витражные окна и тяжёлые, но при этом элегантные хрустальные люстры.

Когда мы прибыли, зал уже наполняла разномастная публика, все возможные знатные и важные особы из гражданских и высшие и не очень военные чины. Немногочисленные дамы блистали в роскошных платьях и возможных ювелирных изысках. Мужчины большинстве своём щеголяли в парадных военных мундирах, что не удивительно, ведь это всё-таки бал посвящён войне.

Глядя на всю эту роскошь и всю эту публику, я чувствовала себя лишним элементом на этом празднике жизни, хотелось поскорее убраться от сюда, но меня останавливала неустанная поддержка мужа и мысль, что именно сегодня я смогу продвинуться, на шаг ближе к своей цели. А ещё дико раздражали эти цепкие, оценивающие взгляды и шепотки — «Это она.» «Та самая попаданка.» и т. д.

Окинув зал быстрым взглядом, среди толпы даже выцепила несколько знакомых лиц из частей, в которых я успела провести занятия. Даже крысёныш здесь, стоит перед какой-то дамой, перья распушил, распинается. Лизоблюд убогий. В очередной раз убеждаюсь, что даже под самым пафосным павлиньим хвостом прячется, самая обычная куриная задница. Вот нам отсалютовал статный здоровяк, в котором я не сразу узнала Эрика Деккера — командира второй северной заставы. Но мой взгляд упорно искал одного определённого человека, которого мне было важно увидеть, хотя бы издалека.

Вот раздались фанфары и объявили самого императора. В зале мгновенно все затихли и лишь изредка раздавались, редкие, чуть слышные шепотки. Пред нами предстал взрослый, я бы даже сказала зрелый, высокий, мужественный ликан, от него буквально веяло силой и властью, казалось его цепкий взгляд проникает в глубь каждого и достаёт оттуда самые потаённые секреты. Мужчина определённо был хорош собой, но его тяжёлая властная аура давила тяжёлой плитой, вызывая лично во мне непреодолимое желание держаться от него подальше. Не представляю, как с ним живёт императрица. Которой кстати рядом с ним я не наблюдаю.