Книга Амелин, страница 65 – Лана Добродар

Ну и ладно, это уже детали. Я опустила левую руку в чашу, прочла клятву и когда вода засветилась и на моей руке стала образовываться та самая заветная руна, я призвала Киту. Нехотя, не сразу, но она все таки пришла.

— Ну зачем?!… - начала она возмущённо, но тут же осеклась увидев как я протягиваю ей её щит и копьё. Она неверя своим глазам, переводила взгляд с меня на них и обратно. — Но как? — единственное, что спросила она, протягивая дрожащие руки к тому, что принадлежит ей.

Когда вся амуниция оказалась у неё, площадь осветил яркий золотистый свет, а когда всё померкло. В полной тишине ахнул наш историк.

— Великая и могучая богиня войны и мудрости — Кита!… Вернулась! — воскликнул мистер Ленистер и упал на колени.

Не совсем понимая, что происходит также поступили и все остальные. Кроме одного. Йонет смотрел на неё своими светящимися золотом глазами, а она на него.

— Вонвиур. Любимый. — Тихо прошептала Кита.

Что блин?! Это ни какой не Вонвиур. Это мой друг, Йон. Что происходит?! И тут в моей голове щёлкнуло. Её Вонвиур перерождался, из одной жизни в другую и в каждой из них, он по-прежнему оставался её единственным, её истинным. И мой друг — это воплощение её Вонвиура. Это получается, что она его истинная пара. Вот почему он так ко мне тянулся, он чувствовал во мне её магию, её огонь.

Осознав всё это, я даже почувствовала укол ревности. Нет я конечно очень рада за друга, но я так привыкла, что он у меня есть и ведь я тоже к нему тянулась. Но что то всё время нам мешало, а что не помню. А сейчас я вижу, как мой самый лучший друг обрёл свое счастье и мне как то горестно, что это не я.

Пока я всё это думала, они уже подошли друг к другу и просто молча держались за руки. Потом она повернулась ко мне с благодарной улыбкой, а по её щеке катилась светящаяся слезинка. Они вместе, всё так же держась за руки, подошли ко мне.

— Поднимитесь. — приказала она всем, кто досих пор, стоял пред ней на коленях.

Не смело, потихоньку все начали подниматься. Но поднимать глаза не решались. Она только хотела, что то сказать, но я её нагло перебила.

— Всё что мы знали когда то о великой богине войны и мудрости, не правда, историю намеренно исказили. — начала я. — И я призываю к ответу виновных.

На моей ладони засветилась призывающая печать долга. И через мгновение, перед нами появилась растрёпанная и очень злая Ионамине.

— Сестра. — пискнула она, теряя весь свой воинственный запал, увидев перед собой Киту, вовсеоружии. — Это всё он. Это всё Бисмон. Я бы ни когда… — залепетала она, но поняв, что на неё сейчас смотрят, обычные смертные, призераемые ею людишки, приосанилась и нацепила на себя надменную маску. — Я Ионамине — богиня смерти и владычица мира мёртвых, призываю к ответу, Бисмона — бога солнца и небесного гнева, за содеянное, перед моей сестрой — Китой, богиней войны и мудрости. — величаво провозгласила она.

На её руке засветилась такая же печать, что и у меня, до этого. Надо же, уже успела метнуться к нему и его наградить такой же печатью. Шустрая баба. Этот персонаж, явился, стольже пафосно, что и первый раз — с громом и молнией, с перекошенной от злости рожей, и такой же светящейся печатью прямо на лбу, как и у его сообщницы. А на лице Киты расцвела довольная и мстительная улыбка.