Книга Родные души, страница 64 – Лана Добродар

Выйдя из дома, у меня буквально захватило дух. Домик нага, больше похожий на одинокую, охотничью избушку, стоял у подножья горы, на опушке леса. Самый настоящий дикий, глухой, не тронутый рукой человека, а главное родной глазу, зелёный лес, оазис заколдованного пространства вдали от цивилизации. Вокруг ни души, только высокие и прямые стволы вековых деревьев, уходящие прямиком в синее небо, на которых радостно играют блики солнца. В их кронах резвится свежий ветерок шелестя листвой и поют беззаботные птицы. Всё здесь пронизано солнечным светом и запахом хвои, трав, цветов и прелых листьев. А метрах в двухстах, поблёскивала гладь небольшого озера, в котором отражались снежные пики гор, как в Альпах. Красота! И он живёт здесь совершенно один?

Я как завороженная пошла к берегу этого озера, забыв о том, зачем я вообще выползла наружу. В очередной раз поражаюсь, как разительно отличаются два материка одной планеты, если в Хартафе вся растительность пестрит буйством всевозможных красок, то здесь, всё как дома, я как будто вернулась на свою родную зелёную планету. От этой мысли, на глаза моментально набежали слезы, и я тихонько всхлипнула.

— У вас что-то случилось лери Ольга? — неожиданно за спиной прозвучал бархатный голос Солашеса, от которого я вздрогнула, со своим хвостом он подкрадывается совершенно бесшумно. А на ловца и зверь бежит. Я тут же поспешила смахнуть с глаз не прошенные слёзы, признак своей внезапной слабости, не поворачиваясь к мужчине. — Что заставило вас плакать?

— Нет, ничего не случилось. — поспешила я ответить. — Просто… Просто здесь всё как дома. Как у нас в мире. В Хартафе всё совсем по-другому. Я вспомнила своих родных, близких, которые остались там… Я очень по ним скучаю. И неизвестно, когда мы сможем встретиться и сможем ли вообще. Просто расчувствовалась. — мужчина встал рядом, как обычно большой, угрюмый и хмурый, я рядом с ним чувствовала себя блохой. И какое-то время мы просто молчали, глядя на водную гладь, наслаждаясь тишиной, и каждый думал о своём — Вы здесь живёте совсем один? — прервала я молчание.

— Мне нравится это место, нравится его тишина, первозданность и уединённость. Мне нравится быть одному.

— Зачем вы это сделали? — тихо спросила я, указав на брачное тату.

— Зачем спас вас?

— Нет. Зачем женились? Ведь для вас это единственная возможность завести семью. А вы потратили её на совершенно незнакомую чужачку. Мы уедем, а вы останетесь здесь совершенно один и уже никогда не сможете жениться.

— А с чего вы взяли, что мне это нужно? — с какой-то злой грустью усмехнулся он. — Мне некомфортно в обществе… Я в нём разочаровался. Я изгой — если хотите. Общество не принимает меня, я не принимаю общество. — тихо и уже совершенно безэмоционально ответил он и снова повисла тишина, что на это ответить я не знала, а лезть, чтобы разузнать подробности я не стала.

— Я чувствую себя уже гораздо лучше и скоро мы вас покинем. — озвучила я и без того известный факт. — Вообще-то я искала вас, чтобы предложить вам отправиться с нами. Я очень благодарна за спасение и обязана вам по гроб жизни. И мне надаёт покоя мысль, что из-за меня у вас теперь даже не будет возможности построить нормальную семью.

— То есть, вы сейчас предлагаете мне стать вашем мужем по-настоящему? Зачем? Из чувства долга? Из чувства благодарности? Из жалости? Вам не кажется, что это не те чувства, на которых стоит начинать строить отношения, семью?