Книга Рецепт счастья, страница 10 – Лана Добродар

— Эмм... — Господи, как его зовут то? — из головы вылетело совсем. Что-то вроде Саргат или Саргот. — Саргат... - нелепо замялась я, привлекая внимание мужчины, не зная правильно ли вспомнила и уместно ли такое обращение. Меня то он всё какой-то лирой называет, видимо это их местное обращение к женщине, а как обстоят дела с мужчинами я не знаю.

— Да, лира Лиза. Вам что-то ещё нужно? — с готовностью отозвался мужчина.

— Нет. Просто хотела кое-что спросить. Во-первых, как мне лучше к вам, да и вообще к другим мужчинам обращаться? А во-вторых, как вы мне подправили мой эмоциональный фон? Вы телепат, или как это... менталист? Это магия?

— Как вы уже заметили к вам я обращаюсь — лира — это вежливое обращение к женщине, к мужчинам обращаются — лир. Меня можете называть просто по имени — Саргат.

— Аа, ясно, спасибо, тогда меня называйте просто Лиза.

— Что касается второго вопроса... Нет я не телепат и не менталист, я эмпат. И это не совсем магия. Скажем так моя особенность. Я могу чувствовать чужие эмоции и в некотором роде влиять на них. Но не беспокойтесь, у нас запрещено использовать свои способности во вред кому-либо.

— Я и не думала ничего подобного. — отстранённо пожала я плечами. Хотя, наверное, стоило. Ведь если подумать, он ВЛИЯЕТ на чужие эмоции. Да это не то же самое, что управлять мыслями, но тоже не хухры-мухры. В его силах заставить человека испытывать что угодно или на оборот не испытывать, как в моём случае. Например, уберёт у человека чувство страха и самосохранения и запросто его отправит на верную гибель. Или... Да тут много чего можно придумать. Интересно, а как контролируется запрет на использование таких вот способностей во вред другим?

Только я открыла рот, чтобы задать очередной вопрос, как в этот же момент раздался стук в дверь, Саргат, молча и всё так же невозмутимо поднялся, и вышел, предварительно вытолкав того, кто бесцеремонно пытался просочиться в комнату. За закрытой дверью не долго раздавались приглушённые голоса, а вскоре вернулся хозяин комнаты, с двумя свёртками.

— Лира Лиза — почему-то он проигнорировал моё предложение называть меня просто по имени — здесь одежда и обувь, надеюсь мы не ошиблись с размером и вам всё подойдёт. Всё абсолютно новое, на этот счёт можете не беспокоиться. Я сейчас выйду, и вы сможете переодеться.

— Так быстро? — удивилась я, принимая оба свёртка.

— Хано... очень быстрый... и любопытный. — с паузами, подбирая слова, по-доброму усмехаясь ответил он.

Пожалуй, это лишь второй раз за утро, когда я увидела на его лице хоть какие-то проблески эмоций. А то ходит как замороженная рыба. Такой себе совершенно безэмоциональный эмпат.

Саргат вышел из комнаты, оставив меня одну. Аккуратно развернула один из свёртков, в нём была пара обуви, аккуратные кожаные ботиночки, похожие на балетки. Во втором пакете, были облегающие чёрные штаны из мягкой ткани и шёлковая, удлинённая, туника с разрезами по бокам и рукавом три четверти, расшитая необыкновенными узорами. В целом очень даже неплохо. И меня определённо радует, что это не тяжёлые кринолинновые платья с тугими корсетами. Пока переодевалась не забыла облапать свою новую (пусть и не идеальную) фигуру и порадоваться, своему преображению.

Полностью переодевшись, стукнула пару раз в дверь и крикнула, что я готова. Когда дракон зашёл, я как раз пыталась пятернёй распутать свои волосы и уложить их во что-то относительно приличное. Он окинул всю меня оценивающим взглядом, кивнул чему-то сам себе и видимо остался доволен, хотя его лицо снова не выражало ни единой эмоции, а потом вдруг предложил меня заплести. Я если честно немного подвисла, таких предложений от мужчин мне ещё не приходилось получать, тем более малознакомых. Но тем не менее я согласилась. Как пришибленная, озадаченная такой заботой, послушно села на стул. Выудив из глубин прикроватной тумбочки гребень, мужчина принялся за работу. У него просто волшебные руки. Я натуральным образом прибалдела, от столь простых действий. И была немного опечалена, что блаженство, так скоро закончилось. Саргат довольно споро, соорудил на моей голове, какую-то воздушную, замудрённую косу.