Книга Ах, как же нам украсть бриллиант? или Академия общей магии, страница 114 – Елена Помазуева

Вторая ступенька оказалась не менее музыкальной, а третья издала резкий звук ломающегося подо мной дерева.

— Мама! — успела вскрикнуть я и полетела вниз, сшибая остальные перекладины.

Приземлилась мягко. Меня нежно поймал Одинцов, но сразу поставил на пол.

— Что с тобой случилось? — он удивленно рассматривал мое лицо, измазанное мокрой паутиной и вонючей водой, волосы, украшенные ногоделием пауков, и руки, подкопченные после тушения пожара.

— Неважно. В паутину попала, — отмахнулась от вопроса и протянула сверток Одинцову.

— Это он? — не стал разворачивать под прицелом дверных глазков Мирослав.

— Фонит, — кивнула ему.

— Он радиоактивный? — уточнил Владимир.

— Экспериментальная модель, — ушел от ответа Одинцов.

Мальчишки подозрительно посмотрели на нас, но решили не уточнять. Мы с Мирославом направились к выходу.

— Надо к бабушке зайти. Заодно умоюсь, — сказала, озадаченно разглядывая грязную одежду, с дрожью представляю, как я выгляжу.

На площадке раздались звуки закрываемых дверей, а потом крики сразу из двух квартир. Мы прибавили шаг, прекрасно понимая, что задержись мы на пять минут и будем рассказывать родителям мальчишек про экспериментальную модель, которая фонит.

Бабушка встретила нас пирогом с яблоками, аромат которого почувствовали еще на улице. Голодные желудки радостно проурчали в предвкушении ужина, потому что об обеде никто не вспоминал, а про завтрак давно забыли.

Огромный пирог красовался на столе, заняв едва ли не все пространство, оставив немного места для чайника и чашек.

На удивление у бабушки не было гостей. Удивительно потому то, что на аромат ее пирога обычно слетались даже из соседних домов.

Бабушка суетилась, встречая дорогих гостей, охала от моего вида, согласно кивала всем словам Мирослава, одним словом, идиллия. Отмытая и одетая в свои старые тряпки, выйдя из ванны, застала моих двух любимых людей за обсуждением нашей свадьбы. Одинцов настаивал на бракосочетании в городе, бабушка убеждала, что здесь будет лучше всего, потому что родственники все живут недалеко.

Я, молча, поедала пирог с горячим чаем, пахнущим магией Одинцова, видно, не удержался и прибавил чуточку успокоительного. Восстановить нервы нам всем не помешает.

За несколько дней мы побывали во множестве неожиданных ситуациях, в каких нормальному человеку не удалось бы за всю жизнь. С другой стороны, не решись на кражу Аграши у султана, моя жизнь никогда бы не изменилась. Я продолжала бы проходить практику в деревне, накапливая магию. И кто знает, когда бы сделала выброс излишка? Эти мысли проносились в голове, в то время как Одинцов что-то доказывал бабушке.

Жила бы себе спокойно в полной уверенности, что ректор самый ужасный человек на свете, а не планировала свадьбу с ним. Иногда вспоминала бы Демона и сразу запрещала думать о нем. Кстати о Демоне, он мне должен триста тридцать тысяч, а мне нужно разгром табакерки оплатить. Уточнить надо у Одинцова, сколько я должна и перечислить на счет АОМ. В раздумьях я поедала второй кусок пирога, совершенно игнорируя разговор о свадьбе. Это меня сильно не беспокоило, наверное, потому что не верилось в это.

Люблю Одинцова, и он вроде тоже, но сказать, что я серьезно думаю о свадьбе — нет. В теории, возможно, но, чтобы практически, очень сомневаюсь.