Книга Ах, как же нам украсть бриллиант? или Академия общей магии, страница 106 – Елена Помазуева

Не нужны мне никакие обещания. Его нежные губы говорили и обещали гораздо больше, чем слова, его прикосновениям верилось сильнее, чем обещаниям.

Одинцов отнес меня на кровать не прекращая целовать. Как только коснулась спиной кровати, хвостатая магия вынырнула и довольно улыбнулась. Мой огонек позвала магию Одинцова. Они встретились и слились вместе, танцуя прекрасный и невероятный танец огня, который охватил нас с Одинцовым. Наши тела будто горели изнутри, мы чувствовали друг друга единым целым в общем пламени. И мы горели в нем. Отдаваясь полностью душой, телом и магией. Мы переплетались, стараясь еще теснее, смешивая свое дыхание, двигаясь на встречу, отдаляться на миг, чтобы вновь быть вместе. Танец пламени в нас и наших тел был такой же древний как наша магия и как сама любовь.

Я уснула у него на плече довольная и любимая. В первые за последние несколько суматошных дней мой сон ничего не нарушило. Меня обнимали руки сильного и любимого мужчины, слышалось его дыхание и стук сердца. Я чувствовала запах его кожи и магии, они замечательно сливались.

«Все, решено, выйду за него замуж» — появилась первая мысль при пробуждении. Откуда взялась решимость, непонятно. Но за несколько дней я очень привыкла полагаться и доверять Мирославу, просто не представляла никого другого рядом. Воспоминания о Демоне уплыли в даль дальнюю.

Открыла глаза и рассматривала лицо спящего рядом мужчины. Лицо светлое, нос прямой, губы нежные и требовательные одновременно. Волосы. Ну отрастут когда-нибудь, плешивым ходить не будет.

Осторожненько встала и пошла на кухню, радовать кофеем своего любимого. Сколько раз он варил для меня, могу его порадовать с утра.

Включила музыку жизнеутверждающую и, выписывая танцевальные па, с удовольствием ожидала готовности кофе. Красивая темно кремовая шапочка поднялась над туркой, я выключила плиту и разлила по чашкам. Нарезала сыр, уложила красиво в тарелочку и направилась в спальню с крохотным подносиком, выставив на нем две чашки и тарелочку с угощением.

Тихонечко открыла двери и зашла в спальню. Одинцов мирно спал, заложив одну руку за голову. Поставила поднос на столик и наклонилась к нему.

Чем можно порадовать любимого утром? Правильно, принести ему кофе в постель. Взялась за ручку чашечки, потому что напиток был очень горячим, а нагревшийся фарфор обжигал пальца, и поднесла кровати. Одинцов спал и не выдавал никакой реакции на завлекательный аромат кофе! Помахала кистью руки, гоня аромат в его сторону. Спит! Я подула в его сторону, ничего. Подула сильнее, спит! Наклонилась и поднесла прямо к его носу, пусть вдохнет. Зря старалась что ли? Он вскинул руку, которая спокойно лежала на кровати, и бьет по чашке. Она переворачивается, и горячий напиток выливается на обнаженную грудь Одинцова.

— А-А-А-А-А! — заорал Мирослава.

Красный след от ожога стал проступать все сильнее.

— Мир! Ты чего руками машешь? Я тебе кофе в постель принесла! — возмутилась его действиями. Я старалась, а он все вылил.

— Рита, ожог, — постепенно приходил в себя Одинцов.

— Давай, полечу, — присела и провела ладонью над его грудью.

Диагностика подтвердила ожог. Собрала магию воды и медленно, остужая ее до льда, провела над ошпаренной кожей. Краснота постепенно сходила.