Книга Боярыня Марфа, страница 58 – Арина Теплова

Села в сани. На облучок взобрался кучер, по совместительству мой конюх. Позади меня на выступ саней встали Потап и Ждан, которые были моей охраной, с дубинками и большими ножами на поясе.

Едва мы выехали за высокие дубовые ворота, как увидели у дороги всадника в чёрном коротком кафтане и небольшой шапке. Он словно поджидал кого-то, топтал своим жеребцом талый снег у выезда из усадьбы. Я тут же узнала его и велела остановить сани рядом с ним.

— Доброго здравия, боярыня, — громко заявил Черкасов, чуть наклоняя голову.

— Здравствуй, Кирилл Юрьевич.

— Поджидал тебя я тут. Твоя чернавка на рынок пошла, да сказала, что скоро ты поедешь куда-то.

— Почему в дом не зашёл? — спросила я.

— Ты ж велела мне перед очами твоими не показываться.

— Ясно.

— Я попрощаться пришёл, Марфа Даниловна. В Москву обратно уезжаю, царь поручение важное дал. Так что долго теперь не увидимся.

Отчего-то это известие вызвало у меня сожаление, а ещё досаду. Единственный мой заступник в этом времени уезжал из Новгорода. Появилась мысль: прямо сейчас рассказать Кириллу всё о Сидоре. Может, он смог бы помочь мне? Подсказал, смогу ли я действительно нанять стрельцов в приказе или ещё где. Или хотя бы совет услышать от него, что мне делать. Но тут же поняла, что это мои проблемы, и обременять ими Черкасова не стоило.

К тому же рядом были холопы, а я не хотела, чтобы они слышали наш разговор. Да и как сказать всю правду Кириллу? Что я действительно мамошка эта гулящая, которая предала мужа и теперь опасалась расправы любовника.

Что обо мне подумает Кирилл? Несмотря на всю жестокую, нелицеприятную правду о Марфе, я не хотела, чтобы Черкасов думал обо мне плохо.

Потому тут же приняла решение: ничего ему не говорить о своих проблемах с Сидором.

— Ну что ж, прощай, Кирилл Юрьевич, — тихо ответила я, вздыхая.

Я махнула кучеру, и мы быстро покатили дальше по запорошенной талым снегом дороге. Смотря невидящим взором вперед, я едва подавила в себе желание обернуться назад на Кирилла. Отчего-то чувствовала, что поступила неправильно, что прогнала его в прошлый раз, да и сейчас ничего не рассказала о злобных происках Сидора.

В Разбойный приказ мы прибыли спустя полчаса. Пришлось, правда, ждать, пока главный подьячий освободится и примет меня. Именно он принимал и вносил в толстую книгу жалобы жителей Новгорода. Как я поняла, Разбойный приказ занимался как раз ловлей воров, преступников и убийц.

Потап немного научил меня, как надобно говорить: требовательно и кратко. Поэтому, когда меня спустя час всё-таки пригласили в дурно пахнущую потом комнату с арочным потолком, я сразу же громко произнесла:

— Я боярыня Адашева. Пришла доложить о злодействе и требую вашей защиты и помощи, служивый человек.

Подьячий, грузный усатый детина без возраста, поднял на меня глаза:

— Присядь, боярыня, и расскажи всё по чину. Кто супротив тебя злодейство умышляет и отчего?

Я присела на шатающийся табурет, и заявила:

— Имя злодея Сидор Иванович Адашев. Он моему мужу брат двоюродный. Жил у нас в доме одно время, а теперь скрывается. Именно он убил моего мужа, Фёдора Григорьевича Адашева, а теперь и на мою жизнь покушается.

— Обожди, боярыня. Ты это что ж, боярина Сидора Адашева уличить хочешь?

— Да, именно его. Он мне расправой угрожает.