Книга Подаренная Снежному. Королевство Драконов, страница 57 – Дора Коуст

А Ристория могла. Эта огненная фиса будто даже не замечала того холода, что буквально держал ее за горло. Он бы мог выпить ее жизненные силы за одну секунду, но она не боялась его, не шарахалась, как от смертельно больного. Наоборот, дерзила, воевала, кусалась, дралась и…

Отвечала на его поцелуи. На все его поцелуи.

Ахасану казалось, что он искал ее все свои пятьдесят лет. А теперь, когда нашел, между ними будто выросла стена из несокрушимого стекла

Он чувствовал бессилие, потому что никак не мог найти подходящее решение.

Оставить ее, отдать другому или позволить вернуться к подножию гор для него было равносильно самоубийству. Только с ней он жил, а не выживал. Эти дни изменили все его мировоззрение.

— На крайний случай в последний день отбора я признаю твою фису своей темани, ‒ вдруг произнес Квелин, разрезая этим заявлением тягостную тишину.

Ахасан встрепенулся. В нем всколыхнулась надежда:

— Ты правда сделаешь это? А как потом?

— Мы ведь дружим, ‒ с усмешкой заметил Снежный. ‒ Твои визиты не вызовут вопросов, а Голерия наверняка отнесется с пониманием к твоим чувствам. Будем придерживаться этого плана, если ничего иного не придумаем.

Освободив кресло, Нердис подошел к окну.

— Не ожидал от тебя такой жертвенности, ‒ обратился он к Квелину. ‒ Не ты ли говорил, что любовь только мешает в жизни? Что она враг стабильности и равновесия и лучше иметь лишь деловые отношения с драконицами.

— Я до сих пор так думаю, ‒ отозвался Снежный. ‒ Именно по этой причине и не пытаюсь заводить отношения. Голерия прекрасная девушка, и я уверен, она даст мне то, чего я хочу: стабильность, семью и детей. Что же касается Хаса, он сам сделал свой выбор. И кто я такой, чтобы навязывать ему свои взгляды на жизнь? Если моя помощь понадобится, как хороший друг, я сделаю то, о чем сказал. На этом предлагаю закончить беседу. Мне завтра рано утром ехать в академию.

Поднявшись, Ахасан понятливо отправился на выход из гостиной, но уже в дверях остановился, чтобы дождаться Нердиса.

— Знаешь, иногда мне кажется, что твоя страсть ‒ это преподавание и возня с детьми, а не женщины, ‒ заявил Хас с ехидной усмешкой.

Снежный форд на это замечание лишь хмыкнул. Ему и самому казалось, что это так. За последние двадцать лет он будто очерствел. Его давно не покидала мысль, что он просто не способен на яркие чувства, и лишь в академии в окружении учеников он снова ощущал себя живым.

До того, как умер его отец и Квелину пришлось взять на себя заботу о бабушке, матери и сестре, он всерьез мечтал о любви. Такой же крепкой и необъятной, какая была у его родителей.

Тогда он еще был безусым мальчишкой, но жизнь все расставила по своим местам. Ему пришлось рано повзрослеть и понять, что любовь не спасение. От голода, бедности и смерти она не убережет.

Покинув удобное кресло, Снежный форд стянул с себя камзол, жилет и рубашку. Хотелось принять душ и смыть хлопоты этого дня. Однако, проходя мимо окна, он на миг замер. Повернув голову, согрел стекло своим дыханием и прочитал четкое “Голерия”.

Имя его невесты было заключено в овал, сильно смахивающий на знак сердца.

Стерев надпись, Квелин покачал головой. Насмешки Ахасана никогда не выводили его из себя. Оба его друга знали, что брак с Голерией ‒ это необходимость. Получив конфетную фабрику, снежный дракон сможет обеспечивать обе семьи на достойном уровне.