Книга Дева Зоны, страница 82 – Татьяна Танцева

Земля вдруг задрожала, и все разом замолчали. Таня пошатнулась и попала прямо в объятия Гонты. Тряска длилась несколько секунд, а потом внезапно прекратилась, будто ничего и не было.

— Вот и всё, - с облегчением произнёс Зверобой. – Выброс закончился.

Крот громко харкнул, плюнул и первым полез наверх. Одной рукой он легко откинул в сторону железный люк и вылез.

— Дамы вперёд, - пропустил девушку сталкер по прозвищу Шмель.

Таня застеснялась, скромно улыбнулась и полезла наверх. В небе всё ещё доносились раскаты грома, но всё меньше и меньше, а небо постепенно приобретало свой естественный цвет. Последним из туннеля вылез Зверобой.

— Почему сообщения о выбросе не было? – спросил Краб.

— Оно было, только никто внимания не обратил! - с упреком произнёс Гармата. – Я хотел сказать, да только никто меня не слушал!

— Ладно, проехали! – перебил его Крот и обратился к своим ребятам. – Идём искать артефакты? После выброса они должны появиться.

У Тани снова возник вопрос о выбросе и артефактах, но об этом она спросит позже у Зверобоя.

— А ты куда, Зверобой? – спросил Крот.

— Мы идём на «Росток», на базу Долга.

Таня, Зверобой и его группа охотников забрали свои вещи из Агропрома и сразу направились в сторону Свалки. Сталкер Шмель, что недавно рвался познакомиться с Татьяной, подбежал к ней:

— Как хоть тебя зовут, барышня?

Она посмотрела на него немного смущенно:

— Таня Лепра.

— Может, дашь свой номерок? Глядишь, свидимся! – понадеялся он.

— У неё парень есть! – ответил за неё Зверобой и, взяв за руку, повёл за собой.

— Ты что ли её парень? – обиделся Шмель. – Ты ей в отцы годишься!

Зверобой ничего не ответил. Над неудавшимся ухажёром посмеивались Гонта со своими друзьями и группа Крота. «Интересное прощание!» - в мыслях смеялась девушка. Лицо Шмеля она не видела, но ей понравилось то, как он во время надвигающегося выброса захотел с ней познакомиться. Приятно было и то, что он попросил её номер. На гражданке ничего подобного не было. Однако Таня не забыла, что находится она в Зоне Отчуждения, и подобное поведение Шмеля должно не льстить ей, а настораживать. Вряд ли он захотел с ней познакомиться потому, что она ему понравилась. Скорее в нём взыграла «мужская хотелка». Гармата рассказал своим друзьям, что встретил девушку на Агропроме, и что она теперь в группе Зверобоя; те обязательно расскажут другим. Так будет весть о ней распространяться по всей Зоне. Что ж, как говорят: «Точка не возврата. Камень в воду бросили и круги расходятся всё шире и шире». Время покажет. Когда Крот и его люди остались на Агропроме, а она с группой Зверобоя пошли своей дорогой, у неё появилось плохое предчувствие.

Агропром остался позади. Зверобой подошёл к Гармате и начал упрекать:

— Вот дёрнуло тебя растрепать про девушку в Зоне! Язык твой без костей!

— Да ладно! – возразил тот. – Крот бы тоже проболтался! А он и его люди наверняка расскажут другим!

— Я бы на время спрятал её! – настаивал на своём Зверобой. – Она бы и дальше могла скрываться под маской немого прокажённого! Крота я бы уговорил молчать о ней! Он не из болтливых! А ты своим длинным языком подставил её под серьёзную угрозу!

Гармата посмотрел на своих друзей, ожидая их поддержки, но они не думали заступаться за него. Зверобой для Гонты был авторитетом и он никогда не сомневался в его правоте. Раз Зверобой сказал, то так и должно быть. Щека у незадачливого Гонты всё ещё болела после пощёчины, которой его "наградила" Таня за неподобающее поведения. Гармата, конечно, его друг, и они на любую вылазку всегда ходили вместе, но в этот раз он не стал за него заступаться. Таню он знает всего пару часов и немного на неё за пощечину обижен. Однако он понимал не хуже Зверобоя, что ей грозит. Она идёт и, наверное, думает о том, что ей теперь делать. Об этом же задумался и Зверобой. Он прекратил читать нотации и половину пути шёл ни с кем не разговаривая. Таня шла рядом с ним, неся на плече «Абакан», а в руках – обрез. Гонта, Краб и Гармата больше не глазели на неё. Зверобой – человек серьёзный и он взял девушку под свою защиту. Они не посмеют, как бы им ни хотелось, пристать к ней.