Книга Дева Зоны, страница 311 – Татьяна Танцева

— Монолит! Услышь нас!

Адский хором наполнился зал. Безумцы взывали к куче металла и мусора, и делали поклоны.

— Благодарим тебя за то, что явил милосердие детям твоим! - раздался другой голос.

Таню опять ударили прикладом по затылку и она снова уткнулась лицом в грязный пол. Но ей удалось разглядеть того, кто произнёс молитву. Проповедник! Он занимал второе по авторитету место после Харона. В руках у него тоже была гаусс-пушка.

Зал опять наполнился хором: "Монолит! Монолит! Монолит!"

— Помянем павших наших братьев! - возгласил Проповедник. - Кровь неверных за кровь наших братьев! Верных воинов Монолита!

— Кровь за кровь! - вторили безумцы.

Таню резко за волосы дёрнули назад. От боли у неё выступили слёзы. Она встала на колени и ухватилась за руку, крепко держащую её за волосы. Возле "божества" стоял третий по счёту лидер - Жрец или Инквизитор, как его называли сталкеры. Он проводил религиозные обряды, как жрец, и выпытавал нужную информацию из пленников, как инквизитор. Таня слышала про него ещё на базе Долга. Хоть он и не обладал такой обширной властью, как Харон и Проповедник, но своей сатанинской сущностью наводил ужас на всю Зону. Ему "Монолит" даровал волю творить с "неверными" всё, что захочется. Его невообразимой жестокости поражались все. Даже Харон лишний раз не хотел с ним пересекаться. И этим извергом, дьяволом во плоти, был Виктор Третьяк, возлюбленный Татьяны. Окутанный зловещей аурой из крови и боли, он нагонял на пленницу трепет.

Она отказывалась верить, что пожертвовала всем ради этого маньяка. Он незадолго до этого шабаша сказал, что никогда не любил её и терпел только ради денег и связей отца. Видно, что он упивается своей властью и отказываться от такого ради какой-то девки не собирается. Ведь в его руках жизнь пленников. Харон мог отдать приказ убить, а Виктор имел право сохранить жизнь. Но он этим правом пользовался неохотно. И пленники, попадая в его руки, предпочитали умереть как можно быстрее. Вот он стоит и смотрит на своего "бога". Но если другие искренне верили, то он смотрел на всё это скептически. Возможно, он был нигилистом: не верил ни в любовь, ни в дружбу, ни в совесть. Но та власть, что он получил, вступив в ряды Монолита, опьянила его. Ради этого он готов играть любую роль. Никто не станет упрекать его за то, что он делает с "неверными".

Четверо монолитовцев удерживали иностранного наёмника, отчаянно пытающегося вырваться. Сегодня этому бедолаге "выпала честь" быть первым принесённым в жертву. Виктор повернулся к нему и снял с него бронежилет. Он указал положить пленника у подножия "божества" и расстегнуть на груди одежду. Виктор склонился над ним и устремил свой жуткий взгляд на Татьяну. Он указал на неё кинжалом и зловеще ухмыльнулся. Ей придётся видеть этот сатанизм? Он хихикнул и, опустив нож, медленно стал делать разрез вниз от ключицы. Крик адской боли заглушил дьявольский хор фанатиков. Таня закрыла глаза. Хотелось заткнуть уши, но её ударили ногой по спине. Она уткнулась лицом в пол, вдохнув радиоактивной пыли. Не видеть, не слышать, отдалиться мысленно настолько, насколько это возможно! Секунды тянулись как часы. Но этот кошмар только начинался. Когда несчастный испустил дух, зал затих. Таня осмелилась посмотреть. Труп оттащили к стене. Виктор смотрел на неё, тыча в её сторону окровавленным кинжалом. Татьяну заставили встать. Её толкнули к подножию "божества". Виктор встал у её изголовья. В другой руке он держал вырезанное сердце. И оно...о, ужас...билось! Не может такого быть! Так не бывает!